– Ого, – удивленно проговорил Туманов. – Не слишком ли круто для одного?

По отзывам соседей, не скажешь, что он такой лихой разбойник.

– Не скажешь, – согласился Грек. – Но факты говорят сами за себя. У меня имеются на него справки. Правда, по словам местного участкового, есть основания полагать, что Курепин с прошлым завязал. Но так ли это на самом деле, пока нам неведомо.

– Да, – протянул Туманов и угостил Грека сигаретой. Потом спросил: – Ну, а с охранником убитого Лунькова разговаривал.

Грек отрицательно покачал головой.

– Не разговаривал, Николаич. Дома тот не появляется. Тоже куда-то запропастился. Но мертвого своего патрона обнаружил он. Вызвал «скорую». Ну, а те позвонили в милицию.

– Понятно, – кивнул Федор, вчитываясь в объяснение, которое взяли выезжавшие на место убийства Лунькова, сотрудники. Особенно майора заинтересовало то место, где говорилось, что двадцать минут двенадцатого охранник Дубов, пришел домой к Лунькову, позвонил в дверь, но так, как дверь никто не открыл, он воспользовался своим ключом. И войдя, обнаружил Лунькова с дыркой во лбу.

– Надо нам этого парня выцепить. Спросить надо, с чего это он вздумал придти к Лунькову так поздно. И раз у него имелся ключ от квартиры Лунькова, проверить его на причастность к убийству. Чем черт не шутит. Хоть Лунек и вор в законе, но вдруг мальчишка решил убрать его по чьей-то указке. Адрес его точный? – спросил Туманов. Грек пожал плечами.

– Вроде бы. По крайней мере, другого у нас нет.

Ваняшин плюнул с досады, когда узнал, что ехать придется на окраину Москвы. Стоило Туманову назвать улицу, где проживал телохранитель Дубов, как лейтенант сразу загрустил.

– Ты чего, Леша? – спросил майор. Ваняшин скроил недовольную физиономию.

– Знаю я эту улицу. Бывал там. Сплошная новостройка. Дорогу так разбили, что у автобусов колеса отлетают. Мы туда на «Уазике» ездили. А у меня, Федор Николич, «Волга», а не «Уазик».

Грек насупился и сурово посмотрел на лейтенанта.

– Вот если бы его там девка ждала, он бы не раздумывая полетел. А для дела, у него, видишь ли, колеса могут отвалиться. Самое главное, яйца не потеряй. А колеса мы тебе с Николаичем прикрутим. Да, Николаич? – сказал Грек улыбнувшись и подмигнув майору.

– Погоди, Саня, – сказал Федор Греку и обратился к Ваняшину: – Так мне что, вертолет из МЧС надо вызывать, чтоб добраться туда? А, Ваняшин? – прозвучало с откровенной иронией. И Ваняшин обиделся.

– Да, какой там вертолет, Федор Николаевич…

– Тогда поехали. И без лишнего базара, лейтенант. За тобой, зачем служебную машину закрепили? – спросил Федор, и голос его уже звучал не так строго. – Чтоб ты нас возил.

– Вот и вози. И помалкивай, – поддержал Грек майора. Но Ваняшин огрызнулся на Грека.

– Если бы вы еще мне ремонтировать ее помогали. А то, давай, поехали. А как ковыряться с ней, я один. Что, скажешь не так? – окрысился он на Грека.

– Да ладно, Лешка, – насупился Грек, улыбка пропала с его лица. – Не заводи нас с Николаичем. Сказано тебе, поехали, значит, крути баранку. Понял?

Ваняшин молча встал со стула и пошел в коридор. Грек потопал за ним, убеждая молодого коллегу в неправоте. Туманов задержался, открыл сейф, достал свой пистолет, сунул его в кобуру под мышку. Слышал, как Грек говорил:

– Ты пойми, Леха. Кто мы. Мы – оперативники. То есть должны действовать оперативно. А если мы поедем на автобусе туда, то доберемся как раз к вечеру. Скажешь, я не прав?

Но Ваняшин ничего не сказал. Шел молча с недовольной физиономией.

Проехав едва ли не в конец улицы, «Волга» остановилась возле шестнадцатиэтажного дома. Федор для верности глянул на металлическую табличку, прибитую к углу, на которой было написано название улицы и номер дома.

– Пошли, – сказал он и первым вылез из машины. На этот раз вторым за ним вылез Грек. Ваняшин задержался, запер двери. Потом вылез тоже, и не спеша, пошел к подъезду, где стоял Туманов.

Чуть в стороне от дома стояла серая «девятка», за рулем которой сидела довольно привлекательная блондинка с распущенными волосами.

Грек встал на полпути к подъезду и с интересом уставился на нее, сожалея, что нельзя рассмотреть ее глаза. Свои глаза блондинка спрятала за большими очками с темными стеклами. Греку нравились те женщины, во взгляде которых угадывалась некоторая распущенность.

Проходя мимо Грека и заметив, куда он смотрит, Ваняшин мельком взглянул на девицу, потом посмотрел на машину. Судя по внешнему виду, машина была еще сравнительно новая и не укатанная.