Шрифт:
Господин Ведущий улыбнулся так, как будто мечтал о нашей встрече много дней.
– Ты вернулась, чтобы победить?
Он снял кожаные перчатки, потер ладони, чтобы согреть, потом протянул руку мне в знак приветствия. Я совершенно растерялась – не знаю, что мне делать! Выскользнула из его кресла, даже забыла задвинуть приоткрытый ящик и отскочила на другою половину студии, подальше от его холеных пальцев. Наверное, я кажусь ему абсолютной дурой.
– Я всегда знаю, кто станет главным героем на Игре, и еще ни разу не ошибся, – продолжал Господин Ведущий. – Есть люди, которые готовы биться до последнего, они не умеют иначе. Они обречены стать героями!
– Но ваши герои не превращаются в победителей, они умирают…
– Такова суть любого зрелища – люди помнят не победителей, а героев. Победители слишком скучные – это те, кто соблюдает правила.
– Или те, кому подсуживают?
Он коротко и сухо рассмеялся:
– Да, Анна, иногда приходится идти на ком-промиссы, если хочешь добиться своей цели. Чего ты хочешь добиться своим мечом? Всякому оружию нужна достойная цель – одни хотят выжить, другие – победить, третьи – управлять миром…
Каждая фраза Господина Ведущего достойна места на первых полосах газет, а каждый его жест – большого экрана. Я уже готова забыть, что пришла поквитаться с ним за этот марафон на выживание, и просто хмуро разглядываю свой клинок.
– Зачем она вообще нужна, эта Игра? – Нет, не так, неправильно! Я должна задать ему совсем другой вопрос, пока еще в силах: – Зачем ВАМ нужна Игра?
Он повесил пальто на спинку кресла, бросил взгляд на приоткрытый ящик и эффектно поднял бровь:
– Ты толковая девушка, Анна! Слишком разумная для хорошего бойца… – Он пристально посмотрел на меня. – Значит, это ты забралась в шахту? Что ты там нашла?
Надо вырваться из оцепенения, которое наводит взгляд Господина Ведущего.
– То же, что и вы! – резко ответила я. – Точно такие же куски земли и камни!
– И все?
Ведущий заглянул в ящик, проверил его содержимое, выдвинул соседний, поднял глаза на меня и строго прищурился:
– Не обманывай меня, Анна! Ты нашла стоянку геологов, ты нашла карту! – Я едва не вскрикнула от неожиданности. Строго говоря, карту нашла не я, а Никита. Но откуда Господин Ведущий вообще знает про карту?
– Лучше отдай карту мне! – убаюкивал меня голос Господина Ведущего. – Отдай ее прямо сейчас и сможешь стать победительницей…
– Карты у меня нет…
Неужели именно карту он искал, когда отправлял злобных псов на поиски заблудившихся и «выбывших» ребят? А может, он выбрал место для Полигона на неуютном северном Острове только затем, чтобы иметь возможность пошарить в заброшенной шахте, ледяных пещерах и найти карту? Я лихорадочно пыталась сообразить, что за секрет спрятался в пометках на старом, пожелтевшем листке.
– Ты успела больше, чем я думал! Впрочем, это уже не имеет значения… – Он грустно улыбнулся. – Найти ключ, чтобы распоряжаться всем миром, – достойная цель, самая лучшая. Мы с тобой очень похожи, Анна! Слишком похожи, дитя, поэтому сегодня Игра останется без героя…
Он медленно поднял руку – в ней зажат пистолет.
Я стою в самой темной части студии, и Господину Ведущему приходится близоруко сощуриться, чтобы прицелиться. Мне хватило этой секундной заминки, я бросилась вперед, распрямилась, как вырвавшаяся на свободу пружина; и быстрее, чем он нажал на курок, ударила тяжелым носком ботинка по предплечью. Пистолет упал, с грохотом покатился по полу, ногой я оттолкнула его подальше. Мы опять стоим друг перед другом, медленно извлекаю из ножен меч, ледяная сталь просыпается, предчувствуя близкую битву. Сейчас соберусь с духом и снесу ему голову!
В этот момент Господин Ведущий поморщился от боли, потер ушибленную руку, облокотился на пульт и с укоризной заметил:
– Остановись, Аня! Оглянись, и ты увидишь – мои герои умеют жить вечно…
Сейчас я знаю, что нельзя было его слушать, что нельзя останавливаться, когда в твоих руках обнаженное оружие! Но тогда я была моложе на целый год, я была совсем другой. Словом, я оглянулась и увидела… Юльку!
Она стояла у стены и смотрела прямо на меня. Живая. Совершенно такая, как перед нашим последним поединком, – в свитере, бледная, с растрепанными волосами, из разбитой губы сочится кровь, накрашенные ресницы отпечатались вокруг глаз – они кажутся неживыми и бездонными. Я не могу отвести взгляд от ее лица – еще немного, и я провалюсь в эти глаза, как в колодец, как в бездонную ледяную расщелину!
Нет! Так не бывает. Расщелина в леднике была слишком глубокой, нельзя прыгнуть в такую и выжить. Никто не смог бы.
Но Юлька смогла, она двигалась прямо на меня и хрипела:
– Господин Ведущий, вы ошиблись с героем… Это должна быть я! Я!
Она протянула ко мне руки и попыталась схватить. На мгновение мои мысли замерли, как будто скованные льдом, – пришлось встряхнуть головой, чтобы прийти в себя и увернуться от ее цепких пальцев. Выставляю перед собой меч, кричу ей: