Из-за неожиданной миссии, которую взвалил на меня Господин Ведущий, наша команда получила комплект оружия самыми последними – тюк с ним выглядел здоровенным, но весил совсем немного. Мы бежали до вертолетной площадки так быстро, что запыхались, а там… Юлька вцепилась в мои ненастоящие волосы и выдрала пучок разноцветных косичек, раньше чем я успела ее схватить за руки.

– Юля, да он просто запомнил, как меня зовут! – убеждала я, пока охранники нас растаскивали в разные стороны, а она пыталась меня лягнуть и орала, разбрызгивая слезы:

– Считаешь меня тупой? Дурой? Думаешь, получила поблажку от Господина Ведущего? Нет! Я умнее тебя, умнее вас всех! Вы ничего-ничего не понимаете про Игру! Вы Игру ненавидите, а я всегда смотрела… Я знаю: герой здесь только один… Никто мне не нужен. Никакая команда…

Юльку запихнули в вертолет, пригнув голову, рассадили нас на разные сиденья, так что мощный торс в армейском камуфляже отделил меня от остальных. Вместо разговорчиков нам нацепили эластичные ленты с камерами, застегнули так, чтобы камера оказалась прямо на лбу, и строго предупредили: если камера разбилась, сломалась или сел аккумулятор, а свой запасной мы потеряли, надо сразу вызвать техническую помощь, нажав синюю кнопку в браслете с радиомаяком. Если изображение с камеры не поступает больше пяти часов – игрок считается «выбывшим».

– «Выбывшим» – это как? – спрашиваю.

– Считается, что он мертв. Промежуточный результат объявляем каждые шесть часов. Не выключайте радиоприемники – они у вас в браслетах.

Желание выспрашивать еще что-то у меня мгновенно пропало…

Вертолет завис над небольшим каменистым плато, на него вышвырнули тюк с оружием, спустили веревочную лестницу, мы кое-как спустились вниз.

Юлька первой ступила на твердую землю, повернулась и зашагала в сторону сверкающих ледяных скал, к центру острова.

– Подожди, Юля! – Я пнула ногой тюк с оружием. – Возьми что-нибудь…

Но она даже не оглянулась. Дан громко свистнул, крикнул:

– Встретишь Лысого – маньяка – беги далеко и быстро!

Тут Юлька остановилась, отбросила капюшон и эффектно повернулась:

– Пусть он бежит – и вы тоже бегите. Ясно?

Я хотела побежать за нею, но Дан остановил меня, покрутил пальцем у виска:

– Ладно… Совсем рехнулось существо, пусть идет!

Юлька удалялась, оскальзываясь на снегу.

По здешним меркам, весна в разгаре. Вместо ночи солнце уступает небо серым сумеркам всего на пару часов, а днем превращает снег в сплошную сверкающую пытку для глаз. Кое-где солнце одерживает победу и ухитряется подтопить снег, там появляется скользкая ледяная корочка. Местные старожилы, птицы-кайры, громадными стаями вьются у скал, над полыньями и противно орут. Надеюсь, никакой другой живности здесь нет – ей просто не выжить среди льда и камней! Для нас весна значит, что зубы не раскрошатся от ледяного ветра в первые стуки, губы не примерзнут одна к другой, а сопли не превратятся в сосульки прямо внутри носа. Но мы запросто обморозимся, а потом замерзнем насмерть, если не сможем укрыться и согреться.

Сетка с крупными ячейками, очень похожая на рыболовную, которую мы обнаружили в тюке с амуницией, согреться нам точно не поможет.

– Зачем нам эта гадость?

Я едва не запуталась в сетке, пытаясь упихать ее обратно в тюк.

Кроме сетки нам достались арбалет с тремя стрелами, запакованными в жестяную коробку, тяжелый боевой топор на длинной ручке и меч. Настоящий меч – с очень красивой орлиной головой на рукоятке и длинным, опасно поблескивающим лезвием. Я не удержалась, сняла перчатку и погладила сверкающий металл, пред тем как упрятать обратно в ножны. Никогда раньше мне не приходилось махаться мечом. Больше приходилось драться всякими палками, железными прутьями, один раз даже арматурой, но расстаться с таким совершенством было выше моих сил.

Дан со вздохом забрал себе топор – потому что тяжелый, арбалет достался Лешке, единственному, кто имел представление, как с ним обращаться. Осталась сетка:

– Мы собираемся рыбу ловить?

– Выбросим?

– Римские гладиаторы набрасывали похожие сети на противников. Наверное, считается оружием… – Лешка хороший «домашний» мальчик, в меру упитанный и начитанный. Такие случаются даже в самой затрапезной школе и естественным образом получают волшебных пенделей от других учащихся. Лупят их настолько часто, что они со временем перестают бояться вообще. Мать наверняка давала ему в школу яблоко или вафлю, чтобы он не давился бесплатным обедом, а сейчас наверняка сидит дома и плачет. Жалко ее…

Подвигаю сетку Лешке:

– Хочешь, тащи это оружие сам, а мы возьмем палатку…

Мы еще возились с вещами, когда эхо донесло до нас утробный рев, треск автоматной очереди и обрывки криков, хруст льда и топот… Рядом с нами возник ЗВЕРЬ – жуткое, рогатое и лохматое существо! Похоже на покрытого медвежьим мехом быка, только гораздо больше – он отчаянно мотал раненой головой, глаза заливала кровь, с губ срывались клочья серой пены, капли сочились из простреленного бока и кровавой дорожкой падали на снег. Обезумевшее от ран животное неслось, не разбирая дороги, кажется, прямиком на нас – мы бросились врассыпную, позабыв обо всем.