– Утром заберем, – объявил посыльный. – Саппортов пару человек оставьте караулить, чтобы песцы не обглодали.

Он еще раз оглядел добычу крыла, вздохнул завистливо:

– Ну вам сегодня и привалило, у наших навскидку вдвое меньше будет, а правое крыло вообще по нулям…

Началась погрузка. Сети сворачивали в рулоны, тушки складывали в большие мешки и в походные рюкзаки, вьючили на тундробайки и укладывали на два прицепа. Когда закончили, капитан выстроил крыло, обратился с короткой речью:

– Молодцы! Отличная работа! Женское крыло Стеклянного Дома на эту ночь наше, парни, оторвемся по полной!

Парни откликнулись одобрительными возгласами. Баг поморщился, стараясь, чтобы никто не разглядел его мимики. Представил, как эта пахнущая кровью орава ввалится к женщинам… Собственно говоря, на чувства обитательниц Стеклянного Дома ему было глубоко наплевать. Но…

Но можно многим делиться с боевыми товарищами, однако все-таки не всем. Как говорили предки, у женщины, у оружия и у коня должен быть лишь один хозяин. Не используют для омовений воду, которой кто-то уже смыл свою грязь… И уж тем более – не пьют. В общем, от похода в Стеклянный Дом саппорт Баг решил под каким-нибудь предлогом воздержаться.

Предлог долго искать не пришлось.

– Ты и ты… – Стингер указующим жестом потыкал в строй. – Останетесь здесь. Костер запалите, можете пару зверюшек на ужин зажарить. Утром заберем и вас, и груз. Остальные саппорты – рюкзаки на плечи, и марш пешочком на базу.

Багиров прикинул вес заплечного мешка. Ничего, вполне подъемный. До Ада километров пять, дошагают, не надорвутся. И даже не особо отстанут от «лисапедистов», их машины перегружены и едва катят.

А Шуруп, назначенный в состав двойки, охраняющей добычу, затосковал. Перечить капитану не осмелился, но, когда груженые тундробайки отъехали подальше, чуть ли не волком взвыл:

– Да что ж такое, а?! В кои веки на охоте фартануло – и что? Они там с бабами кувыркаться будут, а мы?!

У второго неудачника, откликавшегося на прозвище Тпин, очевидно, спермотоксикоз еще не дошел до такой запущенной стадии. По крайней мере, настолько огорченным он не выглядел. Даже пошутил, посоветовав Шурупу выбрать среди груды тушек самку посимпатичнее, да и попользоваться, пока тепленькая.

Экс-бортмеханик никак на дурацкую шутку не откликнулся, застыл неподвижно, глядя вслед медленно удалявшимся «лисапедам», и шептал почти беззвучно:

– Бабы… бабы… бабы…

– Послушай, – обратился к нему задержавшийся Баг, – раз уж так невмоготу, бери мой рюкзак и шагай побыстрее. А я здесь за тебя подежурю.

Одним выстрелом можно уложить трех леммингов. Заслужить благодарность бывшего вертолетчика, избавиться от визита к женщинам общего пользования и заодно начать прощупывать Тпина, – ночь впереди долгая, времени на разговоры хватит.

– А Стингер? – с сомнением спросил Шуруп. – Раз назначил, не положено самим меняться…

Но заблестевшие глазки лучше любых слов свидетельствовали: ему весьма нравится идея Бага.

– Стингеру скажешь, что не смог остаться. Рука, мол, разболелась, не то вывихнул на охоте, не то еще какая хренотень случилась. Фельдшеру, дескать, надо показаться.

– Кэп проверит, он дотошный.

– Пусть проверяет, – сказал Баг и неожиданно рубанул Шурупа чуть выше запястья ребром ладони.

– У-у-у… Ты чего?!

– Ничего страшного. Если что, фельдшер подтвердит: ушиб неслабый. А в Стеклянном Доме ничему не помешает. Шагай уж, а то всех годных баб без тебя разберут.

Последний довод подстегнул Шурупа – он с помощью сержанта взвалил рюкзак на плечи и трусцой бросился догонять остальных пеших саппортов.

Помявшись, Баг присел рядом с Тпином – тот молча сидел, отдыхая после леммингового побоища и погрузки, смолил самокрутку, набитую чем-то на редкость зловонным.

Тундру окончательно окутал мрак, не совсем, впрочем, беспросветный. Ветер гнал по небу редкие облака, в разрывах светили звезды и ущербный месяц. В отдалении трепетал огонек – люди, сторожившие добычу центральной группы, уже успели запалить костер. А на западе багровели вершины Бырранги, подсвеченные спрятавшимся за них солнцем. Красивое зрелище, Багиров даже залюбовался, хоть и не имел особой склонности восхищаться пейзажами.

– Ладно, Баг, отдохнули и будя. Пора ужин готовить. – Тпин явно решил принять на себя командование.

Он встал, загасил о подошву окурок, отряхнул штаны. Продолжил:

– Удачный денек, можно будет пузо до отвала набить… Я пока дровишек наберу, а ты пару тушек пожирнее обдери.

Баг с сомнением взглянул на груду окровавленных леммингов.

– Нет, давай-ка наоборот, – объявил он, тоже поднимаясь на ноги. – Не спец я зверье потрошить.

– Кишками и кровушкой, значит, брезгуешь?