— Не уверен, что твои слова можно принять в качестве комплимента.

Эстер пожала плечами.

— Я сказала то, что сказала, и не мое дело толковать сказанное.

— Не уверен, что ты правильно оцениваешь меня, и не знаю, достаточно ли сильны твои чувства ко мне.

— Увы, они с каждым часом становятся все глубже, и это пугает меня…

— Поясни, что ты имеешь в виду?

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — тихо сказала Эстер, внимательно рассматривая свой бокал, потом резко подняла глаза на собеседника: — Это был прекрасный ужин, но я готова уйти, как только будешь готов ты.

Уильям предложил:

— Может быть, прогуляемся немного? После обильного ужина это полезно.

— Как хочешь…

Они так и поступили. Улицей, на которой стоял ресторан, они вышли к пляжу. А обратно возвращались, держа туфли в руках, как это уже было однажды.

— У нас уже есть свои милые традиции. — Эстер констатировала этот факт, моя ноги.

— Да, — подтвердил он.

Уильям не включал верхнего света и не делал никаких попыток прикоснуться к Эстер, но у нее больше не было сомнений: вот-вот что-то должно произойти. Уильям больше не улыбался.

— Ну же, Эстер, если ты согласна… если ты этого хочешь, — тихо прошептал он.

— Хочу, — также тихо подтвердила она, но с места не сдвинулась.

Не так давно она отрицала саму мысль о возможности физической близости с ним, считая, что серьезного продолжения у их отношений нет и быть не может. Но сейчас ей было наплевать на все умопостроения — она просто хотела этого мужчину, хотя где-то в тайниках подсознания мысль о пугающих последствиях присутствовала. Но что это могут быть за последствия, она даже не представляла. Пусть даже их роману не суждено продолжаться долго, но зато исчезнет стресс, вызванный уходом Патрика. И потом, как это приятно — ощутить себя женщиной, женщиной нужной и любимой.

Неожиданно для себя самой Эстер спросила:

— Ты не обидишься, если я покину тебя на несколько минут?

Он, не поняв причины, нахмурился, но кивнул утвердительно. Женщина ушла в ванную и пробыла там минут десять. Сняла вечернее платье, смыла грим, распустила волосы, почистила зубы. Разделась донага и накинула пеньюар. Потом настала очередь французских духов.

Эстер изучающе осмотрела себя в зеркале, потом, погасив в ванной свет, вышла навстречу Уильяму Картеру.

Он стоял к ней спиной, вглядываясь в заоконную темень. В комнате царил полумрак, было слышно, как ритмично накатываются на берег волны и с тихим шорохом убегают назад.

Эстер стояла молча, но он почувствовал ее присутствие, повернулся и окинул взглядом… Сразу заметил ее распущенные волосы, понял, что на ней нет ничего, кроме халата, увидел ее узкие босые ступни. Потом пристально посмотрел ей в глаза. И тихо проговорил:

— Как ты прекрасна, Эстер. Подойди ко мне. — И Уильям протянул к ней руки.

Она медленно лунатичной походкой двинулась к нему навстречу. Ясно, что теперь уже отступления быть не могло. Спросила внезапно севшим, охрипшим голосом:

— Что-нибудь не так? Я не права?

— Все в полном порядке при условии, что ты искренне хочешь этого.

— По-моему, я уже дала понять, — она погладила сатин его халата, — что отошла от схемы поведения «умру, но не отдамся». Признай это.

— Факт налицо. Мне остается только понять, что тобою движет.

— Да ничего необычного мною не движет! — Слова прозвучали запальчивей, чем хотелось бы. Но она же действительно готова переступить последнюю черту! Возможно, подсознательно хотелось задним числом увидеть в их первой встрече некий приветственный жест судьбы. Как это ни странно, но сейчас именно ей предстоит проявить инициативу, иначе ничего не выйдет. Билл знает, что Эстер не станет участвовать в игре по его правилам. А своих-то она не успела составить…

— Посмотри на меня, — тихо сказала женщина, — разве ты не видишь — я собираюсь искушать тебя, вот только соблазнительница досталась тебе неопытная. Заранее прошу за это простить!

Уильям взял ее за руку и требовательным движением развернул к себе.

— Ты соблазнила меня еще тогда, в первый вечер. — В его голосе слышалась резкость. — Для чего тебе не пришлось прилагать особых усилий. В дальнейшем ты умело закрепляла успех…

— Неправда! — прошептала Эстер. — Меня удивляет твое нежелание пойти на последний шаг, ты ведь сам готовил меня к нему все эти дни…

— А меня удивил крутой поворот в твоем поведении. Как бы мне хотелось знать, что за этим стоит и что скрывают твои прекрасные зеленые глаза.

Пальцы Билла, сжимавшие ее руки, стали жесткими.

— Хоть одно хорошо для меня в этой дурацкой ситуации, — попыталась пошутить она. — Значит, есть во мне что-то, что для тебя остается загадкой. Тайна, окружающая женщину, так привлекательна…

Неожиданно он поднял ее на руки и голосом, лишенным особого тепла, проговорил: