Но достичь большего ей так и не удалось. И с чего она решила, что может приехать сюда и в одиночку выследить самого опасного и хитрого главаря мафиозного клана в Европе? Теперь она понимала, каким любительским и самонадеянным был ее маленький крестовый поход. Она больше не станет светиться и проведет в квартире подруги неделю или около того, а потом вернется в Гамбург. Там посетит приличный салон красоты и вернет волосам прежний цвет. А потом снова обретет личность прежней Марии, но уже без неврозов. И никто в Гамбурге не узнает, что она приезжала сюда.

Марии надо было разобраться с машиной. Ее вторая гостиница находилась рядом с набережной Конрада Аденауэра, а «ситроен» она оставила за углом рядом с первой. Она отгонит машину туда, где ее купила, и продаст за часть заплаченной ею суммы. Эта временная аренда машины обойдется ей дорого.

Мария сначала хотела одеться в купленную здесь мешковину, но, посмотревшись в зеркало, передумала и надела стильный костюмчик, прихваченный с собой. Она сама удивилась, как он ей шел с черными волосами. Она подкрасилась и снова взглянула на себя в зеркало. Почти как та, прежняя Мария. Она решила сначала позавтракать и только потом заниматься машиной.

Мария вышла из гостиницы, и в ее походке чувствовалась вновь обретенная уверенность и решимость. Через два квартала она почувствовала, что за ней кто-то идет. Неожиданно этот человек подался вперед и как тисками схватил ее за плечо. Ей в пояс уперся ствол пистолета.

— Делайте то, что я велю! — Мария узнала украинский акцент, и ее охватила волна леденящего ужаса. — Сядьте в фургон впереди через заднюю дверь.

Они подошли к машине, и изнутри открылась дверь. Мужчина с пистолетом втолкнул Марию внутрь, а второй человек, находившийся в фургоне, надел ей на голову светонепроницаемый мешок.

— Здесь нашли Мелиссу Шенкер — вторую жертву. В прошлогодний «бабий» четверг, — сказал Шольц. Они стояли вчетвером в начале проулка, поеживаясь от порывов пронизывающего и сырого ветра.

Фабель бросил взгляд на улицу, ведущую неизвестно куда. Единственным ориентиром служил видневшийся над крышами домов высокий шпиль. Указывая на него, он спросил:

— А это что?

— Церковь Святой Урсулы.

— А разве не возле нее нашли первую жертву, Сабину Йордански?

— Да, здесь, только с другой стороны. Она жила в квартире на Гереонсвале. Однако, как я уже говорил, это может и ничего не значить. В Кёльне полно церквей. А рядом с нами находятся четыре из двенадцати церквей, построенных в романском стиле. Они носят имена Святой Урсулы, Святого Куниберта, Святого Гереона и Святого Андрея… К тому же… — Шольц повернулся на сто восемьдесят градусов и простер руку в театральном жесте. Фабель тоже обернулся и увидел два огромных темно-серых шпиля Кёльнского собора, зловеще нависавших над городом.

Фабель снова перевел взгляд на место, где год назад совершилось преступление. Узкий проулок, зажатый между двумя четырехэтажными жилыми домами, был вымощен булыжником и чисто выметен. С одной стороны в аккуратном ряду стояли урны и контейнеры для мусора, оставляя место для прохода только одного человека. В день убийства мусорные баки тоже здесь были — Фабель это знал по фотографиям с места преступления. Увидев теперь все своими глазами, он убедился, что его догадка была верной, хотя тогда мог подкрепить ее только снимками.

— Всегда считалось, что убийца сначала находил в карнавальной толпе женщин, отвечавших нужным ему критериям, а потом шел за ними. А я считаю, что свой выбор он делал задолго до этого — за недели, а может, и месяцы. Конечно, нельзя исключать, что он действительно ходил за ними весь вечер, но мне кажется, что он точно знал, где они живут и как добираются до дома, что позволяло ему их опережать. Я думаю, что он именно здесь, сидя в темноте, как паук в засаде, поджидал Мелиссу Шенкер, возвращавшуюся домой.

— Выходит, он заранее выбирал не только жертву, но и место нападения?

— Да, и это полностью меняет представление о манере его действий, — отметил Фабель. — Серийные убийцы бывают двух типов: спонтанные и организованные. Первые просто поддаются внезапному внутреннему порыву. Такими обычно и бывают серийные убийцы-людоеды.

— А для нас это что-то меняет? — спросил Крис Файлке.

— Разумеется, — подтвердил Фабель. — Оба типа, совершая свои преступления, часто забирают трофеи, у обоих неустойчивые личностные ориентиры, и чаще всего они неудачники… Но между ними есть принципиальная разница. Спонтанные убийцы — очень недалекие люди. Зачастую с крайне низким коэффициентом умственного развития.