– А ты вспомни свои слова, когда тащила меня сюда, - сказал Доргу.

– Ты помнишь?

Ой, чего я тогда не наговорила. Даже ударила... надеюсь этого он не помнит.

– Ох рини... я помню каждое слово, вылетевшее из твоего дерзкого рта, а то, что ты делала потом, было настолько ужасным, что я до сих пор желаю сжать эту милую шейку, едва вспоминаю. Меня никто никогда так не унижал.

– Да к чёрту унижение, главное ты жив! У меня такого стресса, которое я испытала вчера, никогда не было!

Доргу тихо рассмеялся, развернул меня и прижал к себе.

– Так же и в Рохнессе. Ты стояла на песке арены, едва живая, истекая кровью... тебе нужно было сделать всего шаг назад и лекарь излечил бы тебя, но ты пошла к этой проклятой рахуше. Я был готов убить и Шаху и Зихку, всех, лишь бы ты вернулась живой. А потом ты оттолкнула от себя лекаря... Эли, это стало последней каплей.

Доргу обхватил мою голову руками и прижался лбом.

– Хватит, больше не хочу говорить об этом. Давай спать. А завтра ты мне расскажешь, откуда у тебя взялись две тысячи.

Я улыбнулась, помогла Доргу лечь в кровать, накрыла тёплым пледом, купленным в лавке Лиру перед играми, и легла рядом. Он тут же развернулся и обнял меня. Я тоже закрыла глаза, всё-таки прошедшие дни сильно меня вымотали, но дверь в нашу комнату открылась.

– Прошу простить меня, мар, - робко пискнула Шо, очень стараясь не смотреть на наши откровенные обнимания.
– Я не имею возможности послать вам зов. Вам ещё что-то требуется?

Доргу сонно приподнялся и покачал головой.

– Нет, можешь идти отдыхать.

– Шо, а ты сама поужинала?
– подала я голос.

Шо испуганно посмотрела на Доргу, боясь сказать лишнее слово в его присутствии. Ох... чего она тогда вернулась, раз так трясётся?

– Да, спасибо.

– Надеюсь не тем, чем кормили в доме? В кухне я видела вино...

Доргу возмущённо открыл рот.

– Не будь жадиной. Шо помогает нам совершенно добровольно и достойна нормальной еды и вина.

– Конечно, - нехотя кивнул Доргу.
– Шо, поужинай и возьми весеннее вино.

– Благодарю мар, - пискнула та и скрылась за дверью.

– Спасибо, - сказала я и легла рядом с Доргу, обняв его большую руку.

Закрыла глаза. Открыла.

Ох... уже солнце встало... как же так? Я даже не заметила.

Приподнялась на кровати и уставилась на пустующее место рядом. Моргнула.

– Доргу! Доргу!!
– закричала я, вскакивая на ноги и выбегая из комнаты. Мужчина нашёлся быстро.

– Эли, что случилось?
– обеспокоенно спросил он, подходя ко мне и осматривая, словно ища повреждения.

– Испугалась. Я проснулась, а тебя нет. Как ты себя чувствуешь?
– затараторила я, осматривая его наряд. Плотный камзол тёмно-зелёного цвета, чёрная рубашка под ним и чёрные же штаны. У него тут есть гардероб? Да, почему бы ему тут не быть в самом деле?

– За мной, - сказал он, развернулся и пошёл вперёд. Я грустно вздохнула и последовала следом. Видимо мой хозяин пришёл в себя окончательно.

Мы миновали просторный зал с низким столом, где был накрыт завтрак, и уже традиционными подушками по краям, широкий коридор и вышли в общий холл. Этот домик Доргу был пусть и скромнее того, большого, но нравился мне больше. Уютней и самобытней. Больше дерева и камня, меньше разноцветных камней и мрамора.

– Что это? - грубо спросил Доргу, подводя меня к сундуку.

– Деньги, как я понимаю, - беззаботно сказала я, рассматривая монетки. Я первый раз их видела с близкого расстояния.

– Элина, ты дерзишь мне?

– А давай ты не будешь говорить со мной, словно я преступница, - с вызовом сказала я.
– Это мой якобы неограниченный кредит. Точнее его часть.

Доргу изумлённо открыл рот.