Сменила его на форму рахуши и заплела косу. Похоже, что нормальные расчёсанные волосы нравились только мне, но мне было всё равно.

Посмотрела на ладони. Мозоли действительно были. Жаль, а я рассчитывала сегодня ещё позаниматься с оружием. Взяла корзинку с го, залезла с ногами на кровать и только собралась доесть остатки лакомства, которое закончилось очень быстро, как увидела рядом с дверью Доргу. И давно от тут стоит?

Промедлив секунду, я отложила го, слезла с кровати и опустилась на колени перед хозяином.

– И что это значит?
– спросил он.

– Проявление почтения мар, - ответила я.

Хочешь меня такой, бери. Вот только ничего кроме того, что тебе может дать любая рабыня, ты не получишь. А то его "ты забываешь где твоё место" уже порядком надоело.

Он подошёл ко мне, взял в руку косу и распустил её. И как это понимать? Так ему нравятся мои волосы или нет?

– Ты ничего не купила.

– Нет мар, - ответила я тихо.

Доргу провёл рукой по моим волосам, как будто наслаждаясь их мягкостью и тем, как они струились между пальцами. Да они определённо стали приятней на ощупь.

– Почему?

– Я не заработала эти деньги, - ответила я, а Доргу вдруг резко схватил меня за волосы и потянул назад, поднимая моё лицо.

– Ты опять споришь со мной Эли.

– Нет мар. Ты желаешь, чтобы они были потрачены, я так и сделаю, - ответила я.

Доргу поднял меня с колен и совершенно неожиданно коснулся щеки. Я прикрыла глаза, наслаждаясь его удивительной лаской, и заметила как он едва заметно улыбнулся.

– Квалификационные бои через два дня. Ты помнишь мой приказ?

– Мар... боёв не будет, - тихо сказала я.
– Поногор сказал, что судьи в этом году решили формировать группы случайным образом. Теперь до конца дойдут только сильнейшие.

– Мне об этом не известно. Информация достоверна?
– обеспокоено спросил Доргу.

– Я не знаю, но Поногор говорил уверенно, и якобы владельцы Роху не предупреждены намеренно.

– Это... плохая новость, - немного помолчав, произнёс Доргу мрачным тоном.

– Ты думаешь, я не справлюсь?

– Эли, ты слишком неопытна, а Роху Гору и Роху Баха всегда были очень сильными. У них опытные и хорошо подготовленные рахуши. Они убьют тебя.

– Но ты ведь выставил меня на основные бои...

– Да, но рассчитывая на первую или вторую группу. А отзывать тебя уже поздно.

– Значит, я должна сражаться и победить, - уверенно произнесла я.
– Жаль что мой мар не верит в меня, но всё же я постараюсь не посрамить его Роху.

Доргу казался удивлённым, но не долго.

– Хорошо. Готовься. Но мне не нравится, что ты снова ходила к этому торговцу.

Я открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Доргу усмехнулся и снова собрал в руку мои волосы, посмотрел на них. Что же они его так волнуют? Надо было у Лиру спросить, что у них тут за тараканы на этот счёт. Я молчала и покорно смотрела вниз. Доргу мягко надавил на моё плечо, опуская на колени. О! Так вот чего мы хотим, понравились оральные ласки, а никто кроме меня не может тебе это дать, да и рабыни твои бесчувственные брёвна. Таких взять, что картону наесться. Но я сидела на коленях и делала вид, что не понимаю, чего от меня хотят. Вот так милый, хотел покорности, бери.

Доргу погладил меня по голове напряжённой рукой. Я продолжала смотреть вниз.

– Эли, я жду.

Я усмехнулась, интересно, как он собирается показывать, что именно хочет, ведь никогда у него не было необходимости просить. Брал сам, да и я особенно не сопротивлялась и была готова удовлетворить потребности своего хозяина. Но судя по всему, строить из себя дурочку не получится, Доргу знает, что я умней.

– Мар, я твоя рахуша и принадлежу тебе, в твоей власти, но я... я ведь тоже человек.

– Я не понимаю тебя.

– Я сама не понимаю, - прошептала я и провела рукой по бедру Доргу.
– Но жить под замком, не имея права голоса, чувствуя ненавистные взгляды за спиной и даже не знать своей вины - скверный стимул идти на смерть. Я хожу к Лиру, потому что он меня слушает, рядом с ним я чувствую себя нормальным человеком, -подняла я глаза. Бёдра Доргу под моими руками были очень соблазнительны. Хотелось стянуть с него штаны, снять рубашку, поцеловать его грудь, крепкий живот, спуститься вниз и наконец-то дать волю своим желаниям, не сдерживать себя.