– Бывает, – улыбнулся доктор и опять ласково посмотрел на своего учителя.

Егор Степанович поднялся с дивана, застегнул рубашку и надел пиджак. Он протянул руку за халатом, но доктор остановил его.

– Егор Степанович, главный врач запретил вам сегодня работать.

– Запретил? – удивился профессор.

– Вам было плохо. Вы разве не помните?

Егор Степанович попытался вспомнить, но ничего не вспомнил.

– Заспал, видимо. Зато сейчас я чувствую себя великолепно.

– И всё же лучше идти домой, – настаивал доктор.

– Мне надо доделать свои дела, – настаивал профессор.

– Вы хотите, чтобы у меня были неприятности? – спросил доктор, – ведь я не профессор. Для меня просьба главного равносильна приказу.

Профессору опять стало стыдно перед доктором.

– Да, вы не профессор, – задумчиво сказал он, – и у вас действительно могут быть неприятности.

Егор Степанович убрал руку от халата и направился к выходу.

– Кстати, а как тот солдатик? – спросил он в дверях.

– Он тоже спал. Сейчас кушает в столовой.

Профессор кивнул головой, попрощался и вышел из клиники.

По дороге домой Егор Степанович вспоминал сон, который приснился в больнице.

«Как всё было достоверно! – удивлялся он. – Проколы, конечно, были. Взять хотя бы этих римлян. А в остальном? В остальном всё реально».

Дома супруга сразу заметила перемены в муже. За обедом она внимательно посмотрела на него и сказала:

– Егор, ты сегодня какой-то не такой.

– Что же во мне не такого? – улыбнулся профессор.

– Не знаю, у тебя такой вид, будто ты совершил открытие.

– Ты почти угадала. Я действительно совершил открытие, но только во сне.

– Ты спал на работе? – удивилась супруга.

– Представь себе – да. Так устал, что уснул в ординаторской.

– Там тебе и приснилось открытие?

– Да, но, к сожалению, только во сне.

Профессор обнял свою жену и засмеялся.

– А ты напрасно смеёшься, Менделеев свой знаменитый периодический закон, например, увидел во сне.

– Ты считаешь, что мне надо проверить всё, что я увидел во сне?

– А чем чёрт не шутит? Только, ради бога, займись этим после еды.

Егор Степанович быстро поел и устремился в кабинет, где утонул в своих графиках, формулах и гипотезах. Через час с выпученными глазами и дрожащими от волнения руками он вышел из кабинета и подошёл к супруге.

– Оля, посмотри, это та самая формула, которую я написал в библиотеке Ричарду.

– Какому Ричарду, какую формулу? – не поняла жена.

– Это было не во сне, – почему-то шёпотом сказал профессор. – Я действительно написал эту формулу на доске королевскому звездочёту Ричарду.

– Где написал? – дрожащим голосом спросила жена.

– В научной библиотеке.

В голосе жены послышались тревожные нотки.

– А этот Ричард откуда появился? – осторожно спросила она.

– Вообще-то, его давно сожгли на костре, – начал объяснять Егор Степанович.

Жена в испуге отшатнулась от супруга и в страхе перекрестилась.

– Ты доработался со своими психами, – прошептала она.

– Что ты имеешь ввиду? – обиделся профессор. – Ты считаешь, что я чокнулся?

Супруга ещё дальше отошла от своего мужа.

– Я докажу тебе, – крикнул профессор. – Я ещё не знаю чем, но докажу.

Супруг снова зашёл в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь.

Жена профессора на цыпочках прошла мимо кабинета мужа, вошла в гостиную, подошла к телефону и набрала номер клиники.

– Мне срочно нужен главный врач, – прошептала она в трубку. – Как кто? Неужели вы меня не узнаёте? Я жена профессора Саженцева.

Выждав несколько минут, супруга Егора Степановича осмотрелась вокруг, ещё сильнее прижала телефонную трубку к уху и зашептала:

– Что вы сделали с моим мужем?

Когда муж вошёл в гостиную, телефонная трубка уже лежала на аппарате.

– Егорушка, может быть, ты хочешь отдохнуть? – осторожно спросила жена. – Тебе разобрать постель?

Однако муж никак не отреагировал на её слова. Он ходил по комнате и заглядывал в каждый закуток.

– Ты что-то ищешь, Егорушка? – снова спросила супруга.

– Где дочкина скрипка?

– Зачем тебе она?

– Мне нужна скрипка, – твёрдо сказал профессор.