– Кому приказали? – спросила Маша.

– Сержанту приказали, – виновато ответил капитан. – Он разбирается, техникум закончил.

– Вот вас сержант и сослал в средние века, – засмеялся Александр.

– Да ладно бы только нас, он и студентов на гибель отправил. Нас вы спасли, а они там остались. – Было видно, что сейчас подполковник относился к студентам не как к пленникам, а как к товарищам по несчастью.

– Да нигде они не остались, – вступила в разговор Маша, – сидят дома, ходят в милицию и дают показания против вас. Поняли теперь, почему вас везде ищут?

В ответ офицеры только потупили взгляд.

– Как же это они дома оказались? – не понял капитан.

– А это вы у своего сержанта спросите, который техникум закончил, – зло ответила Маша. – В общем так, выбирайтесь из своего дерьма сами, а у нас без вас хлопот хватает.

– Так не пойдёт! – перебил Машу Александр. – Я им дал слово и сдержу его. Пишите свою записку, подполковник.

Тот быстро написал записку и передал её Александру.

– Никуда не уходите отсюда, – попросил Александр, пряча записку в карман, – вернусь с одеждой, там решим, что будем делать.

Александр повернулся и направился к домам, которые виднелись вдалеке. Пройдя метров двадцать, он обернулся и увидел, что к нему подбегает Маша.

– Ты что?

– Саша, зачем ты им помогаешь? Это же они упрятали тебя в психушку!

– Да, они. Но когда они это делали, обстановка была другая: они были сильные, облечённые почти неограниченной властью. А сейчас они слабые и беззащитные. Сейчас я сильный и облечён почти неограниченной властью. Неужели ты хочешь, чтобы я, оказавшись в тех условиях, в которых находились они, вёл себя так же, как они? Надо уметь прощать или… – Александр замолчал.

– Или что? – не поняла Маша.

– Или нам нечего делать на более высоких уровнях.

Маша вернулась назад, а Александр пошел добывать для горе-путешественников одежду.

Когда Александр вернулся, все поняли, что произошло что-то неординарное.

– Жена дала вам одежду? – робко спросил подполковник.

– У вас нет больше жены, – ответил тот.

– То есть, как это нет? Дайте адрес, может быть, я записал неправильно?

– Адрес написан правильно. И ваша бывшая жена там проживает до сих пор.

– Почему бывшая? – не понял подполковник. – Я с ней не разводился.

– Разводился. Она теперь замужем за генеральным директором совместного предприятия.

– Какого, какого предприятия? – не понял подполковник.

– Совместного. Часть предприятия принадлежит нашей стране, а часть – США, – пояснил Александр.

– Что-то я не понял, – вступил в разговор капитан, – Советский Союз вместе с американцами совместные предприятия начали строить? Я такого не слышал.

– Нет больше Советского Союза!

Это заявление привело в шок всех.

– Саша, тебя жена, случайно, водочкой не угощала? – поинтересовался подполковник и подозрительно посмотрел на Александра.

– Ничем она меня не угощала. Выставила из дверей и просила передать, чтобы этот голодранец её больше не беспокоил.

– Голодранец – это кто? – не понял начальник штаба.

– Голодранец – это вы, – пояснил Александр.

– Как же я могу быть голодранцем, если я подполковник?

– Сейчас все подполковники – голодранцы.

– Обождите, обождите, я, кажется, начинаю понимать, – вмешался профессор, – вы, подполковник, сколько весите?

– Не понял вопроса! – удивился подполковник.

Александр посмотрел на профессора и удивлённо спросил:

– Вы полагаете, что…

Да, именно это я и полагаю. Ричард и Джон весили по пятьдесят килограмм каждый, то есть, сто килограмм. А они…

– Мы не знаем никакого Джона и никакого Ричарда, – сказал капитан.

– А вы и не должны ничего знать, – грубо оборвала капитана Маша. Вас спрашивают, сколько вы весите?

– Я – восемьдесят пять, – ответил подполковник.

– А я – сто десять, – сказал капитан.

– Это на девяносто пять больше нормы! – воскликнула Маша.

Александр долго что-то подсчитывал, потом посмотрел на окружающих и заявил:

– Мы в тысяча девятьсот девяносто пятом голу!

– В каком, каком? – не понял подполковник.

– В тысяча девятьсот девяносто пятом, – повторил Александр.

– Ты хочешь сказать, что в девяносто пятом году Советского Союза не будет, а все подполковники будут голодранцами? – переспросил капитан.