Конкретных предложений — а тем более конкретных и новых — мало. Многие из предлагаемых мер — вроде «бабушкина (дедушкина) капитала», выплачиваемого при рождении четвёртого и последующих внуков, — варианты уже существующих. Совсем (для России) ново, пожалуй, лишь введение налога на развод, средства от которого пойдут в «алиментный фонд» (опыт ряда европейских стран показывает, что меры такого рода приводят только к снижению доли официально регистрируемых браков), да усложнение алиментных обязательств, включая введение минимума, который нужно будет платить независимо от наличия доходов. Большинство предлагаемых действий сводится к выплатам, дотациям, созданию бюджетных учреждений и т. п.; судить о них трудно за отсутствием в проекте цифр, но при нынешней ситуации с бюджетом ясно, что масштаб этих мер не будет поражать. А потому указанные в проекте цели выглядят внезапными и недостижимыми: «сократить показатель разводов»; «сократить число неполных семей» — как? за счёт чего? пропаганда семейных ценностей и штраф за развод? Цель «сократить число абортов в два раза» (к 2025 году), правда, вполне достижима: стоит лишь затруднить процедуру легального аборта и никак не учитывать нелегальных; кого это порадует — другой вопрос.

В проекте есть вещи, которые мне нравятся. Мне нравится обещание защиты от незаконного вмешательства в семейную жизнь; мне нравится цель «сократить число отобраний детей у родителей» и вообще отчётливо антиювенальная направленность проекта. Но и тут явно не хватает конкретики: пропиши авторы, скажем, манёвр казёнными деньгами — сокращение многократного разрыва между суммами, выделяемыми на ребёнка после «отобрания» из неблагополучной семьи, и суммами, которыми казна соглашалась помогать ему, пока он был в семье, — легче бы верилось, что антиювенальность останется и в итоговом варианте.

В целом же удар в проекте несравнимо слабее замаха: громкие и слишком громкие слова при постановке задачи — и ни одного мощного предложения. Ведь есть вещи, прямо-таки напрашивающиеся. Хотите, чтобы было больше многодетных семей? Так стройте для начала хотя бы вдвое больше жилья — РФ до сих пор строит меньше, чем ухитрялись в РСФСР. Стройте малоэтажное жильё — оно удобнее для больших семей, чем квартиры в многоэтажках. Малоэтажное жильё в больших городах строить нынче не с руки — значит, стройте наконец дороги, много дорог; облегчите выживание сотням и тысячам посёлков и малых городов, из которых сегодня люди уезжают, чтобы тесниться в мегаполисах. Понятно, что названного никак не достаточно, но понятно и то, что без таких действий пропаганда семейных ценностей не будет очень уж действенной. Ах, жилищное и дорожное строительство выходят за рамки семейной политики? Да нет; они безусловно выходят за рамки соответствующего думского комитета, но это далеко не одно и то же.

Иван Рубанов

Поворотной точкой в развитии отрасли калийных удобрений станет 2018 год: в олигополизированной индустрии могут появиться новые крупные игроки

В 2012 году «Уралкалий» запустил крупнейший со времен СССР инвестиционный проект на Верхнекамском калийном месторождении

Фото: Иван Рубанов

В конце мая крупнейшая отечественная химическая компания, лидер мировой калийной индустрии корпорация «Уралкалий» решила продемонстрировать журналистам свои инвестиционные проекты в Пермском крае и рассказать о стратегических планах.

Ситуация в производстве калийных удобрений сейчас интригующая. В последние годы этот бизнес стал одним из самых доходных и инвестиционно привлекательных направлений химической индустрии. В середине прошлого десятилетия «Уралкалий» сформировал крупнейшую трейдинговую структуру, объединив экспорт со вторым по значимости игроком на рынке — «Беларуськалием». Затем «Уралкалий» поглотил своего извечного конкурента и соседа компанию «Сильвинит» и стал ведущим игроком мирового рынка (см. график 1). Однако сверхвысокие цены (см. график 2) привлекли в калийный бизнес новых игроков, как в России, так и за рубежом.

На смену первому

«Уралкалий» — одна из первых компаний отечественной химии, которая прошла IPO, а затем была приобретена с активным привлечением заемных средств. На пике, в 2008 году, еще не объединенная компания стоила порядка 34 млрд долларов; прежний ее собственник Дмитрий Рыболовлев сумел завлечь инвесторов своей инвестиционной стратегией, предполагавший едва ли не двукратный рост мощностей предприятия (см. график 3). По большей части эти планы не были реализованы, однако новые собственники во главе с бизнесменом Сулейманом Керимовым от них не отказались, разве что сроки передвинули в будущее. Однако теперь быстрый рост для российского калийного гиганта уже не аксиома.

В 2012 году «Уралкалий» запустил крупнейший со времен СССР инвестиционный проект на Верхнекамском калийном месторождении. Он стал строить Усть-Яйвинский рудник стоимостью 1,6 млрд долларов. Рудник этот с балансовыми запасами 1,3 млрд тонн и добычей 11 млн тонн руды заместит и даже немного превысит выбывшие в результате аварии мощности 1-го рудника. (В 2006 году в результате прорыва грунтовых вод он был затоплен, компания потеряла часть производственных активов, провалы грунта начали угрожать городу и железной дороге.)

Работы на площадке Усть-Яйвинского проекта, где мы побывали вместе с другими журналистами, идут полным ходом. Сейчас подрядчики бурят скважины для заморозки водоносных горизонтов вокруг будущих шахтных стволов. Их проходка — самый сложный и затратный этап работ, который занимает несколько лет. «Наиболее сложным и наименее предсказуемым этапом является проходка контактного участка между водоносными породами и соляной толщей на глубине около 250 метров, — рассказывает представитель строительного подразделения немецкой компании «Дайльманн Ханиэль Шахтострой», которая ведет буровые работы. — Но к настоящему времени геологические риски в этом бизнесе научились неплохо контролировать, так что вероятность форс-мажоров и серьезных задержек невелика». Тем не менее основные траты по обустройству и строительству шахты все еще впереди — первая продукция с нового участка пойдет на галургические фабрики (химические производства, где получается конечный продукт, хлористый калий) «Уралкалия» еще через семь лет, в 2020 году. К этому времени калийная отрасль может заметно измениться.