— Я верю своим глазам,— парировала Кэсси.

Это был удар ниже пояса — Кэсси напомнила о том, что лишь она обладает даром ясновидения.

— О, в ход пошла тяжелая артиллерия,— прокомментировала Фэй.

— Тебе глаза застит,— обронила Диана.

Кэсси не отступалась:

— Чем же это мне глаза застит?

— Она тебя околдовала с самого начала! — Диана в конце концов все же вышла из себя.

— Ага! — подпрыгнула Фэй.— Вот где истина- то! Диан очка у нас просто ревнует Кэсси к новой лучшей подружке!

Все захихикали, а Дебора и Сюзан согласно кивнули.

— Трещина в алмазе нашем совершенном, Дианушке,— злорадствовала Фэй.

— Я не ревную! — Диана жгла Кэсси взглядом зеленых глаз.

— Ревнуешь,— сказала Кэсси.

Диана онемела от этого выпада, но не отвела от Кэсси глаз. Та поддерживала игру в гляделки. Она была готова припомнить подруге все: и тайные переговоры с Адамом у нее за спиной, и ничем не объяснимое отвращение к Скарлетт. А Диана злилась на Кэсси за ее независимость и способность противостоять общему мнению. Это был поединок воль. На целую секунду все замерло, и Кэсси вдруг испугалась, что битва взглядов будет длиться вечно.

Первым, конечно, спохватился Адам:

— Так, девчонки, давайте думать дальше. У нас мало времени и куча гипотез. Диана, Дебора, расскажите нам, как вы следили за Максом?

Фэй вспыхнула.

— Что?!!

Диана получила шанс направить всю свою энергию против Фэй.

— Мы его еще ни в чем не обвиняем. Не надо кипятиться.

— Нет уж, я буду кипятиться. Это заговор у меня за спиной.

— Он недавно в городе, и он — чужак. Ты это прекрасно знаешь,— вступила Дебора.

— И мы шли за ним всего лишь до твоего дома,— отрезала Диана.

Если бы сейчас кто-нибудь наблюдал за членами Круга, в этот момент он бы точно понял смысл выражения «выпасть в осадок». Известие шокировало. Никто не ожидал ничего подобного.

— Он был у тебя? — не выдержала Мелани.

— Так у нас целых два нарушителя,— начала закипать обычно спокойная Лорел.

Сюзан, еще не прожевав очередную конфетку «Твинки», воскликнула:

— Макс же не хотел общаться с Фэй, он от нее бегал целых две недели!

Дебора покачала головой:

— Ну что-то изменилось. Он перестал корчить из себя рокового недоступного красавца и стал ходить за ней хвостиком. Он даже на тренировку забил, лишь бы с ней потусить. Как будто его околдовали.

Как только прозвучали последние слова, все сразу все поняли. Адам нехорошо сверкнул на Фэй синими льдистыми глазами.

— Ты же этого не делала? Фэй, скажи мне, ты этого не делала?

Они уже все поняли. Фэй и опаздывала, и секретничала из-за того, что навела любовные чары и не хотела, чтобы это заметили.

— Мы же поклялись! Мы поклялись не заниматься магией! — чуть не плакал Адам.

Фэй отмахнулась от него рукой с ярко-оранжевым маникюром.

— Подумаешь — любовное заклятие! Это даже не магия.

Мелани подошла к Адаму. Такой злой Кэсси ее еще не видела.

— Все, теперь нас найдут. Нас вычислят охотники.

— Да расслабься ты,— хихикнула Фэй.— Они же не купидончики. Никто и не заметил. И не заметит.

— У нас под ногами земля горит, мы не можем себе позволять таких промахов,— прошипел Ник, стиснув кулаки.

Фэй круто повернулась к нему:

— Что ж ты своей разлюбезной Кэсси этого не скажешь?

— Кэсси ничего не сделала. А ты облажалась,— Ник сжал кулаки еще сильней.

— Неужели? — Фэй весьма чувствительно толкнула Ника в грудь.

— Так, хватит,— отрезала Диана.— Разговор зашел в тупик, а нам надо возвращаться в школу. Позже встретимся.

Хорошенькая выйдет встреча, думала Кэсси. Как они смогут общаться после того, что сегодня случилось? Тем временем все не спеша собирали за собой мусор и шли в сторону школы. Оставшаяся на поляне Фэй не выдержала:

— Как, вы уходите? Так вечеринка только начинается!

Мелани, уходя, задела Фэй локтем. Та немедленно выдала, обращаясь к Кэсси:

— А мне нравится новая, злая версия Мелани. Гораздо лучше старой зануды! Ты согласна?

Кэсси молча запихивала в пакет остаток бутерброда.

— Кстати, ревнивая версия Дианы тоже неплоха. А вот Кэсси-врушка — это уже далеко не оригинально!

Понятно, что она хотела вовлечь Кэсси в перепалку, и это ей удалось.

— Не понимаю, о чем ты. И мне все равно.