Нашла, чем отпугнуть. Толян ещё больше разбух и окончательно затвердел. Он отбросил все условности и решительно полез на целомудренную пляжную находку.

Но ничего у него не получилось. Правду говорила мочалка: девица она. Сколько Толян себя ни напрягал, сколько ни тыкался в свои сопли и Юркову сперму, а войти внутрь не мог. И девица стала стонать и ёрзать от его безрезультатной агрессии. Улучил Толян минутку, решил глянуть, что же там происходит. И сам испугался. Его самый любимый на организме предмет удлинился, а головка раздулась и достигла размеров величиной с кулак. Было бы в самый раз такой головкой кому-нибудь по лбу съездить, но пытаться её просунуть в женщину…

Мымра торжествующе смотрела на Толяна. У неё на лице, правда, выступили слёзы, но весь вид её говорил: «Девушка я, девушка!», и еще, что уже читалось по ней без всяких текстов: «Вы за это ответите!».

Толян всего несколько мгновений испытывал замешательство. Обнаружить вдруг у себя член длиной с полметра – это ли для мужчины трагедия? Да это праздник, с которым сравниться может только 7 Ноября, День Великой Октябрьской социалистической революции! Да это же второе рождение! А он ещё и стоит, как сосна корабельная!

И такая красота требовала неотлагательного применения. Не скакать же с ним по берегу! Тут вон, кстати, и женщина застыла в ужасе, но всё же и в ожидании. Встретишь настоящего мужчину – тут уж не обойтись без страданий. Видимо, придётся потерпеть. Но что он медлит?

Оправившись, Толян попытался рассуждать трезво: в конце концов, выходит же из женщины целый ребёнок. И Толян опять взглянул на себя: да нет, у него меньше, да и тоньше, чем ребёнок. Подумал: наверное, как у армяна. Не зря же их русские бабы так любят.

Толян представил себя армянином и почувствовал в себе неумолимый кавказский задор и темперамент. Вот ведь: ещё минуту назад чуть он не смалодушничал, чуть не поцеловал эту мочалку! Кто ж их целует! Толян приставил свою новообретённую гордость к болотистой морщине и налёг всем своим весом, напрягся, как штангист и услышал – что-то хрустнуло, подалось. Разошлись-таки, косточки тазика! Девица одновременно застонала и закатила глаза. И тихо непрерывно выла до тех пор, пока Толян не вошёл в неё весь, без остатка, упёршись там, внутри, в желудок, печень, или же в гортань. Водянистые глаза девицы вылезли из орбит, зрачки слегка растопырились. Однако вековые традиции любовных отношений требовали движения не только поступательного, но и возвратного. Следуя этим неписанным правилам, Толян потащил обратно свою корабельную мачту и обратил внимание, что его партнёрша испытывает-таки к нему ответные чувства. Это было заметно по глазам, которые, по мере вынимания сосны, вначале возвратились на место, а потом, видимо, вследствие возникшего вакуума, ушли глубоко в глазницы и даже там расплющились. В дальнейшем, по мере развития отношений, глаза рыжей мочалки так и продолжали в такт размашистым движениям Толяна, то выпучиваться, вылезать из орбит, то делать обратный ход, прятаться в глубине её таинственного черепа. В этих условиях Толяну не испытать мужского оргазма было никак не возможно, что он и осуществил с присущей ему прямотой. Кульминация чуть не стоила девице окончательной потери зрения, потому что её глаза готовы были лопнуть, и только молодость, да, только молодость спасла девушку от ослепления.

Дело в том, что в молодом возрасте роговица глаза обладает эластичностью, и многие стрессовые ситуации не оказывают пагубных последствий на зрение наших юношей и девушек.

К этому лирическому отступлению можно добавить, что Санёк с Юрком, вместо того, чтобы завистливо наблюдать за исходом схватки, всё это время поедали шашлыки с бананами и яростно спорили, какое давление нужно подавать на третий регулятор, если газ идёт по второй нитке. Вот ведь: собрались по случаю покупки новой машины, а о ней ни слова. Выпили по рюмке – и о работе, опять про неё, любимую.

После выброса семени Толян как-то обессилел. Если бы не хрипы девицы, с которой он только что породнился, то он бы на ней так и уснул. Но женщина терпеть может только мужчину двигающегося(homo mobile). К какой бы весовой категории он не принадлежал. А вот неподвижный мужчина почему-то вызывает у женщины ощущение, что на ней не просто неимоверная тяжесть, а труп хама. Если представить, что на комиссии Толян медицинские весы надавил до упора, до ста двадцати килограммов, то можно представить ужас девушки, на которой он благодарно обмяк. Она уже хрипела и могла просто задохнуться. И тогда Толян окончательно очнулся, приподнялся, опершись на локти, и в первый раз внимательно посмотрел на предмет своего недавнего сумасшествия. Баба, как баба. Розовые губы полуоткрыты. До сих пор, видать, ждёт поцелуя. Интересно, она кончила? Наклонился, припал к губам. Нет. Никакой реакции. Значит, не кончила. Всё-таки, её постулат, что она была девственницей, мягко говоря, вызывал сомнения. Кроме стонов – никаких признаков. Кто может угадать, отчего женщина стонет – от боли, или от счастья? Ладно, будем думать, что потерпевшая в детские свои годы перелезала через забор. И забор на её девичьем пути попался – ох, какой высокий!..

Толян встал, отряхнулся от песка. Взглянул на себя и опять восхитился. Несмотря на то, что всё закончилось, выдохшийся член продолжал свисать до колен. В голове мелькнуло: может, он таким и останется? Хоть бы остался… Даже тяжело – аж колени подгибаются. Но тяжесть какая-то приятная. Вот ведь: и болтается, и не мешает. А как ходить-то с ним приятно!.. Чувствуешь себя крутым, как депутат с мигалкой.

А мог и нос так, ни с того, ни с сего, вырасти. Был бы хобот. Тоже вроде и толстый, и длинный, а радости, точно, не было бы никакой. Это, наверное, слону радость. Интересно, слон, если у него импотенция… Да, у них со слонихой в этом смысле есть фантазийные варианты…

И вот почему у слонов крепкие семьи!

Толян подошёл к мужику, который под шумок успел натянуть на себя брюки и продолжал нервно чертить на песке какие-то иероглифы. Толян дружелюбно тронул его за плечо: «Мужик, ты, может, тоже хочешь? Иди, она девка клёвая». Но мужик не оценил широкого жеста. Дёрнул плечом, руку Толяна сбросил. Может, обиделся за что…

Толян пошёл к ребятам, взял несколько палок шашлыку, бутылку водки, вернулся: «Мужик… ты это… не обижайся… Мы тут новую тачку приехали обмыть… Вот – от нашего стола – вашему столу…». Посмотрел, куда бы положить шампуры. Кругом песок. Пошёл опять к знакомой своей девице, которая так и лежала с раздвинутыми ногами на одеяльце. Толян сорвал большой лист лопуха, положил его девице между ног на одеяло, сложил туда шашлыки, водку. Повторил: «Вот… от нашего стола – вашему столу…».