— Мы едем в Эй-Эль-Эйч? — оживился Квентин. — Они выпускают компьютеры, которые могут работать в Летних Землях, и проводку к ним. Телефоны в Тенистых Холмах точно они делали. У меня их мп3-плеер. — Он приподнял белую коробочку размером с колоду карт и гордо добавил: — Работает, даже если уходить очень глубоко.

— Что он делает?

— Проигрывает музыку.

Я посмотрела на плеер краем глаза.

— А куда вставляется кассета?

— Тоби. — Квентин закатил глаза. — Ты прямо настоящий луддит.

— Я четырнадцать лет была рыбой, помнишь? Мне позволено не разбираться в этих ваших безумных современных техноигрушках. Короче, компания, скорее всего, должна располагаться где-то в деловом районе.

— Думаешь?

Я сунула ему папку с инструкциями и завела мотор.

— На, посмотри, может, разберешься, куда ехать.

— Окей… — Он полистал страницы и нахмурился. — Э, а где маршрут-то?

— Вот ты и узрел корень проблемы. — Я пожала плечами. — Повернем здесь налево.

— Налево?

— Надо же откуда-то начинать.

— Пусть будет лево. — Он вздохнул. — Нужно будет тебе показать, как пользоваться навигатором.

— Может, позже.

Объединив усилия, мы сумели добыть малую толику смысла из извращенных понятий Сильвестра об указании направлений и через двадцать минут подъехали к воротам, номер на которых соответствовал адресу в папке. В обе стороны на добрый квартал тянулся забор, огораживающий спутанные в единый клубок заросли, которым позавидовал бы садовник замка Спящей Красавицы. Те растения, которые я опознала, относились к быстрорастущим; по всей видимости, их и выбрали за то, чтобы они поскорее покрыли землю, а из деревьев были одни эвкалипты — самое высокое растение, известное человеку. Они тоже растут достаточно быстро и способны создать непроходимую чащу за гораздо меньшее количество лет, чем любые другие деревья. Причем здесь, в Калифорнии, где у них нет естественных врагов, они вырастают даже выше, чем обычно.

Подъездную дорожку окаймляла каменная арка с подъемной решеткой, смахивающей на декорацию, украденную со съемочной площадки «Камелота». За воротами что-то мелькнуло, но сомневаюсь, что это был олень.

— Ты уверена, что это то место?

Я показала на деревянную вывеску с надписью «Эй-Эль-Эйч Компьютинг».

— Похоже на то.

— А как мы попадем внутрь?

— Хороший вопрос. Подожди.

На заборе висел интерком: строгий у них режим входа или нет, им все равно требуется информация, что у них гости. Я вышла из машины, чтобы рассмотреть устройство поближе.

— Квентин, принеси папку.

— Я теперь что, твой слуга?

— Очень смешно. Быстро давай ее сюда. — Я протянула руку, и он, смеясь, сунул мне папку.

В инструкциях Сильвестра про код от электронного замка ничего сказано не было; собственно не было ни слова и про сам замок. Очень мило с его стороны. Я нажала то, что предположительно было кнопкой вызова.

— Алло? Есть кто там? — Ответа не последовало. Я покачала головой и повернулась к Квентину.

— Идеи есть?

Он пожал плечами.

— Мы можем поехать домой.

— К несчастью, не можем. — Я вздохнула, вернулась к интеркому и нажала кнопку еще раз.

— Алло? Это Октобер Дэй, я приехала встретиться с Дженэри Торквиль. Кто-нибудь может меня впустить?

Несколько минут я хмуро ждала. День был прекрасный, но я не собиралась проводить его на природе.

Наконец, окончательно разозлившись, я послала интеркому воздушный поцелуй и произнесла: «Скажи „Друг“ и войди», — одновременно проецируя на него твердую веру, что я ввела правильный код. В воздухе запахло медью, глаза пронзила острая боль, свидетельствующая, что, даже если заклинание не сработало, мои ограниченные магические ресурсы на него истратились, и тело отреагировало соответственно.

Все фейри имеют предел личных возможностей, и мой ниже, чем у большинства. Для меня ношение человеческой маскировки — уже нагрузка, да плюс еще утомление от остальных ежедневных магических действий… в общем, вызванных магией мигреней у меня более чем хватает.

Но боль все же не была напрасной: интерком затрещал, и на экранчике высветилось «добро пожаловать», а подъемная решетка поползла вверх. Я выпрямилась.

— Отлично. Едем.