— Вы не желаете поставить свою подпись в книге прощаний? — тихо, скорбным тоном спросил у Джека какой-то человек.

— Я ищу главу конторы.

— Я директор конторы. Меня зовут Локли Пирсон, и я к вашим услугам.

Джек пояснил, что ему нужен мистер Гарольд Лэнгли, и его направили в кабинет Гарольда. Гарольд сидел за письменным столом.

— Действующий мистер Стэнхоуп подписал разрешение, — сказал Джек, не тратя времени на светскую беседу. Передавая Гарольду бумагу, он добавил: — Теперь надо как можно скорее доставить тело сюда, в комнату для бальзамирования.

— Утром мы проводим церемонию прощания. Когда она завершится, я безотлагательно займусь вашим делом.

— Есть ли какие-нибудь шансы на то, что это произойдет сегодня? Мы действительно очень ограничены во времени.

— Вы помните, доктор Стэплтон, что в это дело вовлечены городские власти, фирма по сооружению склепов, персонал кладбища и так далее и так далее. В обычных обстоятельствах на это ушла бы по меньшей мере неделя.

— Неделя исключается! — с нажимом произнес Джек. Это должно быть сегодня. Самое позднее — завтра.

Джек содрогнулся при мысли о том, что ему придется ждать до четверга и что ему придется сказать об этом Лори.

— Боюсь, что это невозможно.

— Быть может, пятьсот долларов сверх вашего обычного гонорара помогут преодолеть трудности?

Джек внимательно наблюдал за реакцией Гарольда. Своей неподвижностью он очень напоминал человека, страдающего болезнью Паркинсона, а его губы были точной копией губ Рэндольфа.

— Я могу лишь сказать, что приложу чрезвычайные усилия. Никаких обещаний дать не могу.

— Это все, что я смею у вас просить, — сказал Джек, вручая Гарольду одну из своих визитных карточек. — Да, кстати, как вы думаете, в каком состоянии может находиться тело?

— Знаю совершенно точно, — решительно ответил Гарольд. — Тело должно пребывать в первоначальном состоянии. Бальзамирование мы, как всегда, провели весьма тщательно, труп положен в дорогой гроб, а сам гроб опущен в бетонный склеп.

— А что вы можете сказать о самом месте захоронения? Есть там грунтовые воды?

— Таковые отсутствуют. Место захоронения находится на вершине холма. Мистер Стэнхоуп лично выбирал место для себя и своей семьи.

— Сообщите мне, как только вам что-то станет известно.

— Можете не сомневаться.

Когда Джек выходил из конторы, толпящиеся на террасе люди начали молча выстраиваться в очередь. Усевшись в машину, Джек снова обратился к карте, которую Алексис смогла значительно улучшить. Она очень смеялась, узнав, что брат пытается сориентироваться в городе с помощью этой карты. Теперь путь Джека лежал в городское управление судмедэкспертизы. Интенсивность движения заметно снизилась, и до места Джек добрался сравнительно быстро.

Сидящая на приеме девушка его хорошо запомнила и сразу сообщила, что доктор Уайли находится в прозекторской, и, не дожидаясь просьбы, предложила ему спуститься вниз.

Санитар проводил Джека в приемную прозекторской. Джек увидел двоих человек в гражданской одежде — один был темнокожий, другой — белый и, судя по малиновому цвета лица, ирландец. Остальные были облачены в защитные костюмы. Джек скоро узнал, что в гражданской одежде были детективы, которых интересовал результат текущего вскрытия.

Джеку выдали защитный костюм. Прозекторская, как и все остальное в Бостонском управлении судмедэкспертизы, была верхом совершенства, и по сравнению с ней нью-йоркская казалась безнадежным анахронизмом. Здесь стояли пять столов, три из которых были заняты. У самого дальнего стояла Латаша. Увидев Джека, она поманила его рукой.

— Я почти закончила, — произнесла Латаша из-за пластиковой маски, — и подумала, что вам, возможно, захочется взглянуть.

— Что у вас здесь? — спросил Джек, которого всегда интересовала работа коллег.

— Женщина, пятьдесят лет, найдена мертвой в собственной постели, после того как ее посетил человек, с которым она познакомилась через Интернет. Спальня была в беспорядке, что предполагает борьбу. Прикроватная тумбочка была повалена, а лампа сломана. Детективы считают, что это убийство. На лбу у линии волос — глубокая рана.

Джек наклонился, чтобы лучше рассмотреть рану. Она была круглой и вдавленной, словно по голове ударили молотком.

Латаша рассказала, что сумела установить, что это было не убийство, а несчастный случай. Женщина, поскользнувшись на небольшом коврике, лежавшем рядом с кроватью на лакированном полу, всем своим весом рухнула на стол и ударилась лбом о стержень абажура. Стержень абажура был довольно высоким и заканчивался диском, напоминающим по форме головку молотка.