Старик важно закивал, почувствовав себя в своей стихии. Вот только рано он расслабился! Всякая насмешливость вмиг исчезла из Огнезорова тона, когда он продолжил:

— Давай начистоту, мастер. Твои местные дела меня сейчас не волнуют. И про супругу твою я знаю, и на дочь сегодня посмотрел… И что полгорода тебя в лицо видели — уверен!.. Думаешь, ты один такой? Да в любом провинциальном городишке та же картина! Серьезных жалоб на тебя пока не было, правда, и об особых заслугах не слышно… Но ты ведь, в конце концов, не боевой мастер… Так что писать доносы в Гильдию я не собираюсь — не мое это дело, да и времени нет! Поэтому заканчивай трястись да увиливать! Небольшое содействие и честность — все, что мне нужно. И мы останемся довольны друг другом! Договорились?

Ночебор, в начале этой речи сидевший как на иголках, бледнее бледного (только что за сердце не хватался!), к концу немного оттаял, даже головой затряс с облегчением, готовый согласиться на что угодно.

— Вот и отлично, — улыбнулся Огнезор. — Тогда сейчас — спать! А завтра в шесть утра жду тебя здесь. — Его взгляд оценивающе прошелся по фигуре Ночебора, отмечая потрепанный, побитый молью официальный наряд. Кончики губ дернулись в насмешливой ухмылке. — Только, прошу тебя, оденься по-человечески! Не хватало нам еще лишнего внимания!..

И старый мастер ощутил себя вдруг до того неловко, что даже не нашел сил возмутиться такой очевидной нелюбезностью. Лишь молча кивнул и покинул комнату.

Когда следующим утром Ночебор открыл знакомую дверь, юноша уже ждал его — все в той же позе, будто и не думал прерываться на сон, а просидел вот так всю ночь, задумчиво листая потрепанную черную книжицу да иногда замирая, словно вслушиваясь во что-то далекое.

Сбивающий с толку, пугающий, странный…

Из множества определений, возникших после вчерашнего знакомства, именно эти почему-то въелись в сознание старика, вызывая сейчас новый приступ любопытства.

Как знаменитым Огнезором — единственным за последние полторы сотни лет трижды мастером; человеком, чье имя вызывало вокруг почти ужас, — мог оказаться этот язвительный, самоуверенный мальчишка, поутру, вдали от всех ночных страхов, вызывающий лишь глухое раздражение?! И почему, чем он так напугал вчера Ночебора — уверенного, опытного управителя, пережившего не один начальственный визит?

Вчерашней растерянности теперь и след простыл — ее сменила досада, спрятанная за деловым спокойствием.

— Высокий мастер, — сухо кивнул он вместо приветствия.

— И тебя с добрым утром, Ночебор! — насмешливо прищурился юноша. — Предпочитаешь сразу к делу?

— Судя по тому, что я видел вчера, на «не сразу» у меня просто средств не хватит, — раздраженно буркнул старик. Как оказалось, достаточно громко, ибо Огнезор вдруг фыркнул, с трудом сдерживая смешок.

— К счастью, Гильдия ценит успехи своих людей, Ночебор, и в деньгах я давно не стеснен.

— Не сомневаюсь, — хмуро покосился старик сначала на шелковую Огнезорову рубашку, а затем — на синюю с серебряной вышивкой куртку и мягкий плащ, небрежно брошенные в изножье кровати. Денег от их продажи среднего достатка семье вполне хватило бы на полгода.

Юноша заметил этот взгляд, что добавило его кривой ухмылке изрядную долю самодовольства.

— Так какие будут распоряжения? — дернулся старик, еще больше раздражаясь.

— Ближе подойди, — пальцем поманил его молодой мастер. И вдруг, поймав взгляд Ночебора, бесцеремонно схватил за руку.

— Ох, — только и успел выдохнуть Ночебор, когда в глазах потемнело и вместо собеседника перед собой он увидел пожилого лысого толстяка в нелепом бархатном костюме нежно-лилового цвета.

— А-а? — заморгал старик от неожиданности, и видение тут же схлынуло, оставив почти ощутимый неприятный привкус.

— Ты что, впервые получаешь мысленный образ? — удивился его реакции Огнезор.

— Да уж лет семьдесят не приходилось, с ученичества еще, — опасливо отстранился мастер, до сих пор ненавидящий подобные штучки.

— Ну, хоть запомнил, надеюсь? — без особой надежды вздохнул юноша. — Или повторить?

— Людям моим повторишь, — еще дальше отодвинулся Ночебор. — Это тот господин, с которым ты должен встретиться?

— Да, некто Реми. Встреча завтра. Уж что у нас там выйдет — не знаю, но в любом случае приставишь к нему человека: пусть наблюдает и доклады шлет в Гильдию. Не хочу терять его из виду.

— Как скажешь, — согласился старик.

— Еще посты выставь у обоих городских ворот — нужно знать, здесь ли уже наш гость или прибудет позже, откуда появится и один ли…

— Понятно.

— Подчиненных своих присылай через час: получат образ Реми — и пусть приступают. У меня же на сегодня… — Лицо Огнезора скривилось в ироничной усмешке, — еще одно «выступление» перед здешней публикой: надо как-никак поддерживать репутацию! Так что до полуночи не увидимся. Где моя комната, знаешь?