— А в твоих планах я вообще останусь в живых после продажи станции?

— Разумеется, я не хочу оказаться неблагодарным. Подберу тебе другую планету с приятным климатом, а как легализуешься — вышлю твой процент от сделки.

— Стоп, а как я без денег-то? — С пустыми карманами, без документов и на новом месте? Да он издевается!

— На станции остались унивы для расчетов, стартовый капитал я тебе обеспечу. Дальше сам, у меня очень плотный график завоевания, мне не до устройства твоей личной жизни.

— Вот так, да? А называл себя другом! — Пытаюсь надавить на совесть бездушной железяки… я совсем сошел с ума.

— В качестве компенсации обещаю тебе должность министра культуры и дом на берегу моря в моей империи, лет через пятьдесят.

— А почему культуры?

— Возможное отрицательное влияние с твоей стороны в этом случае будет минимальным. Заодно покатаешься по концертам — бесплатные фуршеты, девочки…

— Мог бы сразу начать со второго предложения! Договорились.

Ничто так не прочищает мозги, как ударный труд. Совершенно некогда рефлексировать и переживать о прошлом, когда восемнадцать часов в сутки забиты практически поминутно, а оставшееся время со скандалом выбиваешь на сон у бездушной машины. Тор в свою очередь бесится, что из-за какого-то куска протоплазмы (это он меня так называет) теряется его бесценное время. И ладно бы он проявлял характер в неконтактной форме — например, через средства связи, так нет — этот брак производства осваивает мимику и моторику людей на своей «авеше». То есть стоит надо мной и орет хорошо поставленным начальственным голосом практически каждый день. Пытался набить ему морду, но неслабо отхватил в ответ — Тор обзавелся базами по единоборствам.

В итоге все требуемые базы мне загрузили в течение последующих шести месяцев. Искин удовлетворенно констатировал, что методика форсирования обучения путем неконтактной мотивации и легкого физического насилия увеличивает скорость изучения на двадцать процентов. Это он про скандалы и затрещины. Говорит, мол, обязательно напишет про данный факт научную работу. Тор у нас теперь видный научный деятель, переписывается с центральным университетом своей будущей державы от имени выдуманного профессора Торжински. Университет активно зовет его к себе преподавать, даже гранты обещает. Искин изображает сомнения и дает туманные обещания, но на самом деле ехидно потирает лапки — первая стадия его плана проходит по графику.

У меня же все довольно-таки неопределенно. Еще год назад спокойное будущее представлялось мне в виде владения собственной мехмастерской. Собственно говоря, я вполне мог себе ее позволить — Тор приволок мне целую кучу унивов, как снятых с пиратов, так и бывших на станции. Сумма там набегала очень даже приличная, порядка десятка тысяч рублей. Если особо не транжирить, хватит на семь-восемь лет спокойной жизни где-нибудь на периферии. Но с определенного момента пришла мысль, что как-то бестолково чинить старые аэрокары, имея современные пилотские базы. Да и какой мальчишка не мечтал в детстве о кресле пилота?

Тем временем процесс взлома искина на борту карателей подходил к логическому завершению. Абсолютных защитных механизмов не существует, а тот срок, что потратили мы на конкретно эту модель, — скорее лучшая похвала его разработчикам, чем какой-то негативный показатель. В один прекрасный день искин корвета сдался и признал нас своими полноправными хозяевами. Все могло бы закончиться гораздо раньше, если бы мы просто предоставили железяке документы о передаче права собственности, но тогда бы он обнулил все свои базы данных и превратился в безмозглый кристаллический кирпич, что категорически не устраивало Тора.

На борт я поднимался вместе с «авешей». Обход начали с визуального осмотра, с мостика постепенно дошли до дата-центра искусственного интеллекта. Если сравнивать со «стадионом», который занимал Тор, здешний искин уместился вполне себе компактно, но при этом обладал куда более высокой мощностью. Все-таки новое поколение, да еще и военная модель. Об этих размышлениях я сдуру и поведал Тору. Искин взбесился, варварски вытащил центральный кристалл из гнезда и унес к себе. Интересно, он его просто раздолбает или поглумится перед этим? В принципе нам сам кристалл с искином без надобности, его место все равно вскоре займет Тор, интерес представляют только базы знаний. Коды шифрования у нас уже есть, все двери открыли заранее, так что психоз Тора, в теории, обойдется без последствий… ну, я на это надеюсь.

Пока сумасшедший искин самоутверждается над куском кристалла, я продолжаю обход. В оружейной лежат комплекты спецлат и оружия, в личных каютах полно оставленных вещей. Надо будет покопаться повнимательней на предмет оставленных унивов. В грузовом отсеке нашлись несколько глайдеров, представительский аэрокар и наземная боевая машина. Тут даже медсекция была не хуже станционной. Хорошо устроились господа, даже жаль отдавать такое чудо Тору, но жизнь как-то дороже. Для себя я решил свистнуть комплект брони и этим ограничиться. Все остальное можно будет купить после, с доли от продажи станции, незачем превращаться в хомяка.

Остаток недели прошел в блаженном ничегонеделании. Тор перемещал себя и свои информационные ячейки, безжалостно расширяя прежнее вместилище искина. Со мной он разговаривал неохотно, так что я решил подождать с просьбой о корректировке внешности. Мало ли что он с моим лицом сделает от злости… К концу процедуры своего переноса Тор подобрел и даже распечатал мне новые документы — насквозь поддельное удостоверение пилота от имени корпорации третьего эшелона. Это лучше, чем ничего, так что я поблагодарил железяку от всей души. Осталось поменять внешность и допечатать на документы фото нового лица. С корректировкой внешности искин меня послал, ибо опять химичил над чем-то в медсекции. Ну и ладно, займусь эмулятором пилотирования. После подключения Тора к корвету можно было начать практические тренировки.