Дарнэ знал толк в хорошей еде и при каждой встрече приглашал Грикса то на обед, то на ужин, а иногда на то и на другое вместе.

– Лейтенант Грикс, добро пожаловать к нам. – Дарнэ, зная Грикса, не стал протягивать ему руку: тот всегда держал себя с капитаном весьма сдержанно. – Надеюсь, сегодня мы придем к взаимопониманию, – продолжал Дарнэ, масляно улыбаясь. – Я уверен, что вас ждут куда более важные дела – перестрелки, сражения и все такое прочее. Ведь вы, лейтенант, и ваша команда – настоящие герои нашего времени.

Криво улыбнувшись, Грикс сообщил капитану, что намерен провести инспекцию всех до единой стартовых площадок, добавив при этом, что он и его подчиненные хорошо вооружены и вряд ли у них найдется свободное время для обеда.

Капитан Дарнэ судорожно сглотнул застрявший в горле комок. Вытащив рацию, он сообщил помощникам, что будет сопровождать лейтенанта Грикса во время инспекции стартовых площадок, начиная с площадки номер один.

Отключив связь, Дарнэ представил себе, какую панику вызовет эта короткая информация. Придется куда-то спрятать огромное количество багажа и убрать с глаз подальше персонал, не имеющий удостоверений. Да, денек обещал быть трудным!

«Ходунок» сжигал последние крохи водородного топлива, когда наконец сполз со склона в узкое, с нависшими стенами ущелье, что прорезало базальтовый бок горы. На первый взгляд, ничто не таило в себе опасности. Карни переключил компьютер в режим анализа поступающих изображений и не обнаружил ничего подозрительного.

И все же бдительность не помешает, решил он. Ведь это был последний тайник на пути домой, в Болдовер. Карни специально устроил тайник в этом ущелье, так как южная часть парка стала местом далеко не безопасным. Сотни бандитов прочесывали окрестности Бельво-Сити, охотясь на поставщиков наркотического зелья, и тайник с горючим мог легко превратиться в идеальное место для засады.

Вездеход плелся вниз по склону, то и дело застревая. Его баки были практически пусты.

Карни заколебался. Еще пятьдесят метров, и он у цели. Не выдал ли он себя? Похоже, нет. Карни двинул машину вперед. По дну ущелья, извиваясь среди камней и обломков породы, бежал узкий ручеек. Подрезанный северный берег образовал неглубокую пещеру. Канистры с топливом Карни зарыл в черный песок у стены. В самом дальнем углу пещеры, сливаясь по цвету с темными сланцевыми стенами, стояла едва различимая палатка Карни. Ее нельзя было разглядеть с высоты, даже с вершины каньона, собственно, ниоткуда, только со дна ущелья.

Все выглядело будто бы нормально. «Ходунок» вполз под утес, и его мотор, тихо кашлянув, окончательно заглох.

У Карни будто камень свалился с души, он даже присвистнул. Вот мы и добрались, детка. А теперь посмотрим, как нам снова подзаправиться.

Карни Уокс открыл кабину и выпрыгнул наружу. Наконец-то можно было немного размяться, потянуться, сделать парочку наклонов и помахать руками.

К бедру Карни был пристегнут пистолет, снятый с предохранителя. Обращаться с оружием Карни умел. Он постоянно носил с собой «пушку», громадный «магнум» пятьдесят пятого калибра. Пуля, выпущенная из этой «игрушки», без труда пробивала армейский бронежилет. Как-то раз Карни с одного выстрела сразил напавшего на него гигантского краба.

Вокруг по-прежнему все было тихо, компьютер молчал; видимо, и впрямь в тайник никто не наведывался.

Карни вытащил из кабины «ходунка» небольшую саперную лопатку, выкопал канистры с горючим и присоединил шланги к горловинам топливных баков.

Пока заливалось горючее, Карни прогулялся вниз по ручью к тому месту, где поток обрывался двадцатиметровым водопадом и исчезал под кронами деревьев ниже по склону. Сквозь просеку в зарослях кряжистых сосен открывался великолепный вид на реку Элизабет и дальше на просторную долину Бельво.

Высоко в небе, справа от Карни, кружились несколько стервятников. А дальше на север вершина за вершиной тянулись хребты Блэк-Рукса: Эбнер, затем гора Изобилия и далее неясный силуэт пика Крюк Ворона.

Карни мучила жажда. Он вспотел, проголодался и испытывал настоятельное желание помыться. Но больше всего ему хотелось просто-напросто постоять, прислушиваясь к мышечным ощущениям, и вдоволь надышаться горным воздухом.

Открывшийся перед ним вид был весьма впечатляющим. Рассуждая философски, следовало признать, что, хотя работенка его и становилась все опаснее, одновременно она давала возможность посетить красивейшие уголки планеты. Здесь, в горах, воздух быт так упоительно чист, солнце светило так ослепительно ярко, а деревья так мило что-то нашептывали друг' другу под легким дуновением ветра, что Карни хотелось вдохнуть в себя всю прелесть окружающего мира. Настроение его нарушило не предвещавшее ничего хорошего странное жужжание. Карни посмотрел вверх.

На поляну, где он стоял, прилетела огромная, в дюйм длиной, красная муха и, привлеченная запахом человеческого пота, принялась кружить над Карни.

Он медленно двинулся по ущелью назад к своей палатке. Укусы этих чертовых здоровенных мух были жутко болезненными. Собственно говоря, это не мухи, а летающие крабы величиной с колибри, они пили кровь точно так же, как колибри пьют нектар. Их укус напоминал укол небольшой иглы. После укуса вскакивал волдырь размером с теннисный шарик, лечить который приходилось не одну неделю.