— Спасибо тебе, Джейс. Ты не представляешь, как мне важно это слышать.

— Представляю, — произнес он. — Жаль, что мне понадобилось столько времени на понимание. Но теперь ты знаешь, и это останется неизменным.

Джейс повернулся, чтобы поцеловать ее в лоб. Почувствовав его теплые, нежные губы, Бетани закрыла глаза, наслаждаясь его объятиями. Она была жива. Джейс — рядом. Было бы грешно просить о большем.

— Так ты сможешь меня простить? — снова спросил Джейс.

— Джейс, я тебя уже простила. Утром, когда ты уехал на работу. Я знаю: доверие требует времени. А мы живем вместе совсем недавно. У нас все произошло слишком быстро и стремительно. Доверие складывается не сразу. Разве месяц — это срок, чтобы по-настоящему узнать друг друга? Мы еще только начинаем притираться.

— Какая же ты умница. Ты мудрее меня. Я восхищаюсь твоим умением прощать. — Голос Джейса дрогнул. — Я не заслуживаю тебя. Но ты мне нужнее, чем воздух. И я ни за что тебя ни отпущу, малышка.

— Вот и не отпускай, — прошептала Бетани ему в шею. — Не отпускай меня, Джейс. Без тебя я потеряюсь.

— Ты никогда не потеряешься, малышка. Больше такого не будет. Я всегда тебя найду, куда бы ты ни отправилась. Найду и привезу домой.

— А я есть хочу, — вдруг сказала Бетани. — Мне уже можно есть? И когда меня отпустят домой? Может, врачи… нашли у меня еще что-то? Я полностью поправлюсь?

Джейс уловил в ее голосе тревогу, которую она тщетно пыталась скрыть.

— Когда тебя отпустят домой — этого я сам не знаю. Врач мне сказал, что ты быстро идешь на поправку. Они хотят сделать анализы и убедиться, что твоя печень не пострадала. По их мнению, никаких стойких осложнений быть не должно. А что касается еды, то сейчас узнаю у медсестры, можно ли тебе есть. Если можно, я устрою тебе фантастический пир. Никакой больничной пищи. — (Успокоенная Бетани улыбалась.) — Мне надо сообщить нашим, что ты проснулась и хорошо себя чувствуешь. Миа, Гейб и Эш провели все это время в комнате ожидания. Они очень волновались за тебя. — Он встал.

— Джейс. — В голосе Бетани опять появилась тревога.

— Что, малышка?

— Что теперь будет с Джеком?

— Пока сам не знаю, — помрачнел Джейс. — Мы были обязаны сообщить в полицию. Сначала речь шла о попытке самоубийства.

Бетани побледнела. Ее ужасала и угнетала мысль, что кто-то мог поверить, будто она способна на такой шаг. Чужое подозрение наваливалось на нее, подминало, не давало дышать. Она считала, что прошлое осталась позади. И вдруг ее вернули туда, откуда она ушла.

— Малышка, не смотри на меня так трагично, — нежно произнес Джейс. — Я говорил с инспектором. Он знает про Джека. Про непреднамеренность действий тоже знает. Мне неизвестно, что именно грозит Джеку, но вляпался он крупно. Теперь придется отвечать за последствия.

Сердце Бетани снова наполнилось щемящей грустью.

— Малышка, я посмотрю, что можно сделать. Оставь проблемы Джека мне, ладно? Я хочу, чтобы ты сосредоточилась на своем скорейшем выздоровлении и возвращении домой. Ты доверяешь мне заняться этим делом самому?

Бетани медленно кивнула. Она понимала, что теперь не в силах помочь Джеку. И защищать его она больше не может. На этот раз он зашел слишком далеко, и она была бессильна оградить его от последствий. Но Бетани по-прежнему огорчало, что Джек выбрал линию наименьшего сопротивления, предпочтя покончить с собой, а не принять руку, протянутую ему Джейсом. Жить — это так замечательно. Даже когда жизнь бывает скверной, всегда есть надежда на лучшее. Есть будущее. И Джеку давался прекрасный шанс построить себе лучшее будущее. Но это был его выбор, и Бетани не могла решать за него.

Она не могла прожить за Джека его жизнь. У нее есть своя. С Джейсом. Ей хотелось лучшего будущего.

Пришло время перестать вмешиваться в судьбу Джека. Пусть живет, как считает нужным.

— Я знаю, малышка, что для тебя это тяжело, — все так же нежно сказал Джейс. — Я тебе очень сочувствую. Постараюсь помочь этому идиоту. Сделаю все, что в моих силах. Но я не собираюсь от тебя скрывать, что невероятно зол на него. Он ведь мог тебя погубить. Мог отнять тебя у меня. И почти отнял.

— Да, — прошептала Бетани.

Джейс наклонился, еще раз поцеловал ее и отошел от кровати:

— Ты поскучаешь несколько минут, пока я схожу обрадовать наших и узнаю, можно ли тебе есть?

— Конечно. Они ждут. Я выдержу.

Джейс подошел к двери, остановился, обернулся и долго смотрел на Бетани, словно стремясь до мельчайших подробностей запомнить ее лицо. А с его лица спадало напряжение. Его глаза светились любовью. В них было столько любви, что Бетани вряд ли спутала ее с иным чувством.