Шрифт:
— Раоки. Осторожнее с ними, у них сложный характер.
— Оружие, выкованное инферналами — у светлой эльфийки! Только почему же ты их не использовала?
— Я же не знала, что дхаэроу действительно окажутся врагами.
— В Рраене любой — враг. Пока не докажет обратное. Да и то…
— Хватит уже меня пугать, — Тэсс свела тонкие брови. — И так страшно.
Иззмир внимательно присмотрела к эльфийке, но так и не понял, шутит она или просто так хорошо скрывает страх. Она поднялся и огляделся.
Приятных воспоминаний, связанных с этими палатами, не было. Ни одного. Ведь здесь жила Скъяви… Некстати Иззмир вспомнил, что слуга давно не приносил вестей от старшей сестры, у которой как раз недавно родился ребёнок. Сын или дочь — Иззмир не знал и знать не хотел. Он уже заранее ненавидел этого ребёнка и проклинал свою слабость — лучше было бы этому маленькому дхаэроу не рождаться вовсе…
После ужина Иззмир ушёл, оставив Тэсс с Натом Шар. Ещё раньше златоглазый дхаэроу промыл и перебинтовал её раны, хоть они и были неглубокими и неопасными, и подтащил к стене низкую кушетку. Пообещал скоро вернуться и принести учебник по основам демонологии.
Тэсс подтянула к груди колени и уперлась в них подбородком. Теперь, когда схлынула волна тошнотворного ужаса, пришло время разобраться в ситуации. И найти выход — если он существует.
Да, теперь она была готова признать правоту Карниэля, жреца, который твердил, что её затея — изощренное самоубийство. Лезть в темные подземелья Рраена, только чтобы попасть на алтарь паучьей богини!
Частично он оказался прав — на алтаре Тэсс уже побывала. И ей это не понравилось.
«Интересно, почему всё же Ллос не отозвалась на молитвы жриц? Может, ей было противно принимать меня даже в качестве жертвы? Что-то здесь не сходится».
Но и это могло подождать. Главной заботой Тэсс была сейчас семья Кенррет, на первом плане серди них — Иззмир.
Она легла на спину и уставилась в потолок, который, впрочем, терялся в темноте. Глаза светлых эльфов неплохо видят в темноте, но в темноте наземной, которую всегда пронизывал хотя бы слабый лучик света — Луны, пробившейся сквозь тучи, светлячков, отдаленной хижины… Здесь она чувствовала себя беспомощной. И этой ей тоже ужасно не нравилось.
Мать и сестра Иззмира были не в восторге от появления Лаэли, но надеялись извлечь из неё какую-нибудь пользу. Возможно, даже в буквальном смысле извлечь. Тот воин, что оглушил её в подземелье ударом (на затылке вскочила громадная шишка) был равнодушен, в общем-то, но на его помощь рассчитывать не приходилось. Оставался только Иззмир — изгнанный из какой-то Академии маг-недоучка, который, похоже, среди своих был не на хорошем счету.
Тэсс вздохнула. Вот ведь угораздило…
Он был таким странным — чего стоили одни только рассказы о снах про Поверхность. Такие случаи происходили, конечно — связь между двумя магами не была чем-то необычным. Двухсторонняя связь. А так ерунда какая-то получается.
Всё же благодаря своему положению в обществе дхаэроу, или же этим снам-видениям, Иззмир в лучшую сторону отличался от соотечественников, хоть и не намного. Рабов он явно не считал за живых существ, более того — судя по удивлению в его глазах, когда Нат Шар заговорил, он вообще не признавал иные расы разумными, кроме своей! При том ненавидел их всей душой.
В сердце девушки постучалась жалость. Нет, всё же она была несправедлива к Иззмиру: из него годами выбивали все добрые чувства, странно скорее то, что он сумел сохранить в сердце крохи доброты. Быть может, у них вдвоём получится дать им силу вырасти…
Каждое мгновение, проведенное вдали от Тэсс, было наполнено тревогой — что, если Кирха или Мать решат зайти к пленнице? Иззмир отдавал себе отчёт в том, что ему, мужчине, не было известно и половины тайных ходов, ведущих к комнатам Скъяви.
Как только он освободился, сразу же пошёл к ней, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Руки оттягивали два словаря с Древнего языка на современный темно-эльфийский, книга по демонологии и конспекты Иззмира. Использовать магию, Тэсс, конечно, не могла, да и не верил всё-таки он в то, что женщина действительно могла добиться хоть чего-нибудь в магии. Но, если уж ей так хочется…
Войдя в комнату, Иззмир прикрыл глаза ладонью, чуть не выронив книги — свет слепил глаза.
— Потуши, потуши! — выкрикнула Тэсс. Яркое сияние ослабло, и дхаэроу часто заморгал, смахивая выступившие слёзы. По всей комнате были расставлены свечи, у стены, опустив голову, стоял раб. Тэсс виновато смотрела на Иззмира.
— Прости меня, пожалуйста, я забыла, что ты плохо переносишь. Я попросила Ната принести все свечи, чтобы осмотреть комнату.
— Ничего, — Иззмир потер глаза. — Я лучше переношу свет, чем остальные.
— Из-за глаз?
— Да. Эта мутация началась несколько лет назад — все желтоглазые меньше восприимчивы к свету. За это нас обычно убивают, если мы не обладаем какими-нибудь очень полезными талантами.
Тэсс с любопытством перелистала конспект.
— А ты? Какой у тебя талант?