— Ну, судя по тому, что скелеты до сих пор лежат там, где когда-то упали тела, мы имеем дело не с проваливающимся полом, — начала рассуждать вслух Ольга.

— Обратите внимание на любопытную закономерность, — нервно хихикнул Иннокентий Павлович. — Тут практически нет ни одного целого черепа и ни одной грудной клетки, все они беспощадно разбиты и расколоты.

— Чего не скажешь о тазобедренных костях, которые все целы, — поддержала его Ольга.

— И что? — недоумевая, уставился на них Сенсей.

— А то, что загадка сфинкса одним кодовым замком не ограничивается. Мало сюда войти, нужно еще пройти через ловушки и исхитриться остаться при этом живым, — неодобрительно посмотрел на него Иннокентий Павлович.

— Стойте, я, кажется, поняла! — внезапно воскликнула Ольга, своим возгласом не на шутку перепугав всех.

— Девочка моя, ну зачем же было так орать? — сморщился Иннокентий Павлович, потирая свое контуженое ухо. — Давай, рассказывай, что там у тебя. Только тише, пожалуйста.

— Загадка сфинкса, если помните, кроме чисел дает нам еще и три варианта, того как человек ходит, — горячечно зашептала Ольга, так словно боялась что ее кто-то может подслушать. — Эти три способа передвижения — подсказки, которые позволяют преодолеть ловушки!

— То есть ты хочешь сказать, что передвигаться нужно сначала на четвереньках, потом на двух ногах, а потом, опираясь на палку? — удивленно спросил Сенсей. — Не может быть, это было бы слишком просто.

— Есть только один способ проверить мое предположение, — усмехнулась Ольга.

Вынув кинжал, она безжалостно укоротила подол своего длинного платья до уровня крутого бедра, и грациозно опустившись на четвереньки, проворно двинулась вперед по коридору.

— Стой, куда?! — запоздало попытался схватить ее за тонкую лодыжку Сенсей. — Совсем спятила?

Но бросившиеся на него с двух сторон Иннокентий Павлович и Абу силой удержали его от этого опрометчивого шага.

— Если она делает все правильно, то ничего с ней не случится, — пыхтя, пробормотал Иннокентий Павлович, не позволяя Сенсею последовать за Ольгой. — Но если ты вмешаешься, то наверняка все кончится очень плохо. И для нее и для тебя, а, в конечном счете, для всех нас!

— Нет, вы только посмотрите на эту дуру! — взвыл от бессильной злобы на строптивую подругу Сенсей, стряхнув с себя друзей.

— Сам дурак! — расхохоталась женщина, преодолевая первые два метра опасной территории.

В это момент она поравнялась с первыми скелетами, и неловко зацепившись за них ногой, обрушила на себя сверху кучу иссохших костяков. При падении разнокалиберные кости, словно чудовищный костяной ксилофон, издавали жуткие звуки, от которых волосы вставали дыбом.

Сенсей почувствовал как у него по ложбине между лопатками потек ледяной ручеек ужаса. Он не знал, как дальше будут развиваться события, но одно он знал совершенно точно. Если с Ольгой что-то случится, то он незамедлительно последует вслед за ней. Сама мысль о жизни без нее была для него невыносима. Слишком долго он был один, чтобы еще хоть на минуту вновь оказаться в полном одиночестве.

И в это момент, словно для того, чтобы специально проверить его решимость, из стен тоннеля, где двигалась Ольга, с приглушенным лязгом выскочило множество заостренных бронзовых кольев. Они были черными от покрывавшей их засохшей крови неудачников, пытавшихся пройти здесь ранее. Если бы Ольга стояла в полный рост, то ужасные штыри прошили бы ее насквозь с двух сторон на нескольких уровнях, начиная от лобка и заканчивая затылком.

Напуганная женщина инстинктивно упала на пол и замерла. Колья тем временем, словно жала десятка скорпионов спрятавшихся в стенах, медленно втянулись обратно в свои гнезда.

— Не останавливайся, двигайся дальше! — истошно завопил Иннокентий Павлович. — Не то сейчас сработает очередная ловушка!

Словно в подтверждение его слов с отвратительным лязгом выскочили колья расположенные значительно ниже прежних. Они также были черными от покрывавшей их толстым слоем засохшей крови. Если бы Ольга не лежала, прижавшись к каменным плита пола, огромные штыри распороли бы ее бока с двух сторон. Поняв, что промедление смерти подобно, она вскочила на четвереньки и так быстро, как только могла, двинулась дальше по коридору. А над ней с лязгом и скрипом, с завидным постоянством выскакивали из стен бронзовые жала с намерением поразить ее.