В этот момент взгляд Хепри натолкнулся на темный диск мины, и он остановил скарабея. Мина была обезврежена Борисом, но что если побывавшие здесь томиноферы вновь поставили ее на боевой взвод?

Жук топтался на месте, нетерпеливо поскрипывая. Хепри задумчиво покусывал губу не решаясь двинуться вперед. Скорее всего, прохода в минных полях больше не было. Если томиноферы восстановили обезвреженные мины, значит Хепри попал в ловушку. Это означало, что у него не было выбора. Волей неволей нужно было возвращаться грантово-красную пустулу.

В тот самый момент, когда Повелитель Жуков развернул жука спиной к минным полям, ему все стало предельно ясно. На фоне яркой кроваво-красной сферы четко выделялись темные силуэты транспортных аппаратов томиноферов, при помощи которых они двигались сквозь время. Хепри насчитал не менее дюжины идущих ему наперехват охотников.

Тогда с Борисом у них не получилось уйти даже от двух преследователей. И если бы не самоотверженный поступок сапера, Хепри попался бы к ним в лапы. Теперь против такого количества охотников, да еще в одиночку, Повелитель Жуков был бессилен сделать что-либо. Осознавая, что всякая попытка уйти от томиноферов заранее обречена, Хепри, тем не менее, решил бороться до конца.

Он двинул скарабея вперед навстречу преследователям и принялся оживленно скрипеть и перещелкиваться с гигантским пятнистым жуком. Хепри лихорадочно соображал, как ему спасти своего шестилапого друга. Популяцию скарабеев практически уничтожил загадочный вирус, который, как теперь стало ясно Хепри, был специально создан и запущен томиноферами с целью уничтожения жуков. Не исключено, что кроме его нынешнего скарабея, где-нибудь в отдаленных уголках временной вселенной сохранилось ничтожно малое количество особей переживших эпидемию 'скарабеевой проказы'.

В любом случае Хепри был обязан спасти своего скарабея, для того чтобы реликтовые насекомые не вымерли окончательно. Но как это сделать практически он не знал. Пока же ему было ясно одно - играть в догонялки с томиноферами было занятием бесперспективным. При любом раскладе он был обречен на поражение. Ничего путного, как назло не приходило Хепри в голову. Тем временем, расстояние до, развернувшихся широкой цепью, преследователей стремительно сокращалось.

Вид движущегося в их сторону скарабея, на спине, которого был распростерт человек, поставило томиноферов в тупик. Они даже сбросили на всякий случай скорость, озадаченные неадекватным поведением дичи на которую охотились. Заметив их замешательство, Повелитель Жуков с удивлением понял, что томиноферы оказывается боятся его. Это неожиданное открытие заставило его решительно изменить свою тактику.

Сделав резкий разворот, он стремительно двинулся в сторону минных полей, всем свои видом показывая, что намерен прорываться через них. Томиноферы занервничали и, увеличив скорость, погнались за Хепри. Его непонятный маневр видимо так и остался для них неразрешимой загадкой.

По мере приближения к минному полю, которое имело форму сферы, повторяя все изгибы красной временной пустулы, Хепри не стал притормаживать. Он наоборот выжал из скарабея все, на что тот бы способен. Неизвестно что именно двигало томиноферами. Желание побыстрее покончить с наглым человечком, оседлавшим жука, или азарт охотников загонявших дичь на минное поле. Как бы то ни было, они развили бешеную скорость и теперь неслись, сомкнув свои ряды прямо на Хепри, двигающегося параллельно сферической плоскости, на которой были установлены мины.

По мере их приближения, Повелитель Жуков начал поджимать скарабея почти вплотную к минному полю, чтобы избежать столкновения с томиноферами. Заметив это, охотники приблизились к скарабею на непозволительно близкое расстояние, выдавливая его на минное поле. И в этот момент Хепри, неожиданно развернув жука, ринулся прямо на их строй.

Открытое лобовое столкновение грозило неминуемой гибелью и Хепри и томиноферу, оказавшемуся у него на пути. Но в отличие от сумасшедшего человека, томиноферы не были готовы к тому, чтобы так глупо рисковать своими драгоценными жизнями. Кроме того они видели, что случилось с их двумя предшественниками затеявшими ранее охоту на скарабея. И они вовсе не торопились повторить их подвиг.

Томиноферы, все как один, стремительно шарахнулись в сторону от Хепри, словно рыбная мелочь от щуки. Но так как они двигались крайне скученно, почти впритирку друг к другу, некоторые из них не успели отрулить в сторону и объехать своих ближайших соседей. Результатом столкновения двух аппаратов управляемых томиноферами был страшный взрыв. После этого еще три аппарата зацепились друг за друга. Здесь при взрыве и вспышка и грохот были в разы сильнее.

Произошедшая катастрофа, спровоцированная Хепри, имела неожиданное продолжение. Двое томиноферов, напуганные взрывами, инстинктивно бросили свои аппараты, несущиеся на большой скорости в сторону. А так как эта сторона шла впритирку с минным полем, они благополучно протаранили взрывные устройства. Один за другим прозвучали еще два взрыва.

Хепри улучив момент, крутанул скарабея вокруг своей оси и ринулся в образовавшуюся в минном поле прореху. При этом он хохотал в голос, словно сумасшедший, а его глаза светились диким торжеством. При помощи верно выбранной стратегии он умудрился наполовину сократить ряды охотников.

Непобедимые томиноферы не привыкшие терпеть поражения, пребывали в глубоком шоке по поводу этого дикого, вопиющего факта. Какой-то наглый человечишка с куриными мозгами, оседлавший жука, непостижимым образом выстроил события таким образом, что полдюжины томиноферов, в расцвете лет, погибли. Впрочем, они недолго пребывали в бездействии. Уже в следующее мгновение вслед за выскользнувшим через минное поле Хепри бросились в погоню, оставшиеся охотники.