Утром Ксавье исчез. Я прижала лицо к подушке, где ночью покоилась голова Ксавье. Встала, отдернула занавески, и спальню залили золотистые солнечные лучи.

На кухне хозяйничал Ксавье. Он как раз разбивал яйца на шипящую сковородку. Вид у него был посвежевший.

— Думаю, приличный завтрак нам не помешает, — произнес он вместо приветствия.

Габриель и Айви уже сидели за обеденным столом.

Мы ели омлет и тосты.

— Очень вкусно, — сказала Айви с набитым ртом. — Где ты научился готовить?

— У меня нет выбора — мне пришлось, — улыбнулся Ксавье. — Кроме мамы, ни от кого в моей семье на кухне никакого толку. Если она допоздна задерживается на работе, они заказывают пиццу или едят всякую дрянь из пакетиков, на которых написано: «Добавить воды и размешать». Ну, я и занялся делом.

— Ксавье обладает множеством полезных навыков, — просияла я.

Он удивительно легко вписался в нашу маленькую семью. Похоже, Габриель, и тот принял его, даже подыскал ему чистую рубашку для школы.

Я заметила, что мы тщательно избегаем касаться вчерашнего происшествия. Я предпочла бы заблокировать воспоминания.

— Мы пережили шок, — начала наконец Айви. — Но мы непременно разберемся с ситуацией.

— Как? — спросила я.

— Отец даст нам знак.

— Надеюсь, Он поторопится, а то будет поздно, — прошептал Ксавье.

Не только мы — вся школа не оправилась после самоубийства Тейлы. Однако уроки не отменили. Родителям разослали письма с предложением помощи психотерапевта и просьбой всеми силами поддерживать детей. Мы ходили чуть ли не на цыпочках. Примечательно, что Джейк Торн и его дружки отсутствовали.

В полдень устроили собрание. Доктор Честер объяснил учащимся, что расследованием занимается полиция. Потом его голос зазвучал не так сдержанно.

— Потеря Тейлы Макинтош — трагедия для «Брюс Гамильтон». Она была замечательным другом и ученицей. Нам будет очень ее не хватать. Если кто-то из вас хочет обсудить случившееся с психологом, пожалуйста, запишитесь у мисс Херч, нашего доверенного консультанта.

— Бедный док, — заявил Ксавье. — Ему все утро звонят. Родители прямо на дыбы встают.

— Правда?

— Обстановка в школах всегда накаляется, если случаются такие инциденты. Дескать, почему администрация не предотвратила самоубийство… Люди беспокоятся о собственных детях.

— Но ведь школа совершенно ни при чем! — возмутилась я.

— Предки воспринимают все иначе, — пожал плечами Ксавье.

После собрания меня поймала Молли, с красными, опухшими от слез глазами. Ксавье тактично извинился, сказав, что ему нужно спешить на тренировку по водному поло.

— Как ты? — спросила я.

Молли покачала головой.

— Странно, что мы здесь, а ее уже с нами нет, — выдохнула она.

— Да, понимаю.

— Я никак не въезжаю, — продолжала Молли. — Не верю, что она могла сделать такое. Почему она не поговорила со мной? У нее была депрессия… Я плохая подруга!

Она разрыдалась, и я крепко обняла ее.

— Не вини себя. Иногда случается то, что невозможно предвидеть.

— Но…

— Нет, — оборвала я Молли. — Поверь мне — ты не могла ничего изменить.

— Наверное, — прошептала Молли. — Ты слыхала, что ее нашли в луже крови? Прямо как в фильме ужасов.

— Да, — кивнула я. — Молли, как насчет психотерапевта?

— Нет! — она яростно затрясла головой и истерически расхохоталась. — Я просто хочу забыть, и точка.

— Но, Молли, нельзя делать вид, будто ничего не случилось.

— Эй, Бет! — в ее голосе зазвучала фальшивая радость. — Есть и кое-что хорошее.

И Молли широко улыбнулась. Мне стало жутко.

— Что? — подыграла я ей.

— Джейк Торн переходит в мой класс информатики.

— Ох! — воскликнула я.

— И еще он пригласил меня на свидание!

— Что?

— Я и сама едва верю.

Полагаю, у нее временно помутилось сознание. Молли цеплялась за любую возможность отвлечься от боли потери.

— Что ты ему ответила?

— Не строй из себя дурочку. В воскресенье мы будет тусоваться вместе с его компанией. Кстати, ты не в обиде на меня? Но ведь ты не питаешь к нему никаких чувств?