— Давай снимай рубашку, кровь не останавливается, Чечен! — обратился Батя к капитану Гулаеву. — Ты «Скорую помощь» для своей бешеной землячки вызвал?

— Вызвал!

— Молодец! Теперь давай, из окружного госпиталя вызывай машину срочно!

Гулаев включил трубку сотового телефона.

Но машин «Cкорой помощи» в гостиницу прибыли сразу две.

Еще одну вызвал начальник Службы безопасности гостиницы, отстраненный вместе с подчиненными от исполнения своих обязанностей офицерами местного ФСБ. Вызвал, услышав стрельбу наверху.

Одна машина увезла Эльзу Баркаеву с ребенком. Бригада второй осмотрела рану Таранова. Она оказалась легкой, но пуля прошла не вскользь, а под ключицей, был задет нерв и кровеносный сосуд. Требовалась небольшая операция, и Евгению пришлось убыть в больницу «Скорой медицинской помощи». Труп Палача был отправлен в морг.

Виноградов вызвал Скорикова:

— Товарищ генерал, говорит Батя!

— Батя? А где Таранов?

— Зацепило его слегка, сейчас в БСМП зашивают, вечером уже выйдет!

— Что Палач?

— Хана Палачу! Кто бы видел? Таранов с ним в коридоре гостиницы настоящую дуэль устроил.

— И что?

— Ну и дал Женя Палачу раз в себя пальнуть, а потом нашпиговал по всей форме, с контрольным выстрелом в череп!

Генерал спросил:

— Значит, Палач стрелял первым?

— Да!

— Дальше?

— Охрану взяли живьем, правда, одному Татарин мозги тряханул хорошо. К тому же неудачно тот на ступени приземлился. Другой, Алим, ничего! Обещает многое рассказать. Он знает о людях, которых оставил Палач в Чечне в качестве вооруженного резерва! Ему не терпится поделиться с нами этой информацией.

Скориков продолжал задавать вопросы:

— Что еще?

— Эльза, жена покойного Палача, похоже, с ума спрыгнула, на Таранова с ножом кинулась, хорошо ее успел остановить Шмель. А так вроде все!

— Ясно! Передай Таранову, как сможет, пусть свяжется со мной!

— Понял, товарищ генерал!

Батя обратился к своим подчиненным:

— Чечен, Камиль, свяжись с ребятами из УФСБ. Пусть на «Волге» в свое СИЗО оприходуют на время Мухтара с Алимом. Первого, скорее всего, в медицинское отделение изолятора. Мамед, Слава, обеспечьте охрану трупа Палача в морге! Мы же со Шмелевым на «девятке» к Таранову, ясно?

Объяснив руководству гостиницы, что в ней была проведена операция против руководителя одной из террористических группировок, Батя посоветовал сотрудникам «Дона» меньше общаться с прессой, если таковая проявит интерес к данному событию. Офицеры отъехали от гостиницы. По дороге Батя купил бутылку коньяка.

Шмелев укоризненно взглянул на майора:

— Коль? Ну ты что? Еще неизвестно, что с Женькой, а ты сразу коньяк!

— А что может быть с Тарановым? И коньяк, считаю, не спиртной напиток, а лекарство, если пить с умом, что нам, надо признать, не свойственно. И все же! Вреда от него никакого, это тебе не паленка какая подвальная! А с Женькой, вот увидишь, все в порядке!

Батя оказался прав.

Евгению сделали небольшую операцию, правда, левую руку зафиксировали на повязке.

— Ну вот, — указал Батя на командира отряда спецназа, — вот он наш дуэлянт, жив, здоров!

Таранов спросил:

— Ты, майор, Скорикову о результатах акции докладывал?

— Естественно! Но он очень желал услышать твой голос. Давай побазарь с ним и пойдем в парк! У нас тут со Шмелем пузыречек коньячка припасен, отметим успех операции! Звони шефу!

Таранов вызвал Скорикова:

— Товарищ генерал? Майор Таранов на связи!

— Ты как сам?

— Нормально!

— Мне доложили, что ты ранен!

— Пустяки! Рука немного на повязке повисит, пока швы не снимут, и порядок!

— Ну и хорошо! Сегодня в 22–00 на военный аэродром прибудет наш «Як-40». Грузи туда тело Палача, двух охранников, конвой для них будет на борту. Ну а встретимся уже завтра! В загородной резиденции! Бате в бригаду! Но ему завтра я сам задачу поставлю, а пока пусть разведка отдыхает! Понял, Жень?

— Понял, Юрий Федотович!

— Тогда до встречи!

— До встречи!

Офицеры спустились в больничный парк, нашли уютное, скрытое акацией местечко. Батя открыл бутылку. Пить пришлось из горла — так как стакан взять из палаты просто забыли — по очереди, разными дозами, но под единый тост:

— За спецназ, ребята!