Проминали ее по очереди все ребята звена. Иногда это устраивалось возле школы, а не у переезда, и тогда собиралось немало людей, не только школьники, но и пожилые колхозники… Все единодушно восхищались легкостью и быстротой бега Ласточки. А бегала она действительно легко и красиво и когда устремлялась вперед, то казалось, что ноги ее не касаются земли, а вся она, вытянувшись, будто летит по воздуху.

Вскоре добрая слава настолько укрепилась за Ласточкой, что если колхозные конюхи говорили о хорошей лошади, то обязательно сравнивали ее бег с бегом Ласточки.

Дальнейшие события, может быть, развернулись бы по-иному, если бы не произошло одного случая.

Как-то зимой, во время каникул, директору школы нужно было съездить в районное село Екатериновку, километров за двадцать пять от Петровок. На такое большое расстояние править лошадью всегда брали Юру, потому что Ласточка, видимо считая его своим хозяином, очень хорошо понимала и подчинялась всем требованиям Юры. Поскольку в школе не было своего выезда, сани всегда брали в колхозе. Обычно это были розвальни, но на этот раз председатель уступил свои легкие санки.

Ласточка с места взяла крупной рысью, но Юра попридержал ее и перевел на мелкую. Только в степи, где снежная дорога была хорошо накатана, Юра натянул вожжи, и Ласточка пошла быстрее…

В обратный путь из Екатериновки выехали перед вечером. Было тихо. На дорогу медленно ложились редкие крупные хлопья снега.

Директор окинул взглядом сероватое небо и сказал:

— А ведь нас может буранчик прихватить.

И он рассказал, как однажды по дороге из Екатериновки попал в метель. Потом разговор перешел на «Капитанскую дочку» Пушкина. Директор сказал, что никто из писателей так ярко не описал оренбургский буран, как Пушкин.

Закутавшись в тулупы, оба седока увлеклись разговором, не обращая внимания на Ласточку, чуть трусившую по дороге. Не заметили они и того, как красивая серая лошадь, впряженная в легкие санки, быстро настигла их. Они увидели это лишь тогда, когда лошадь, обгоняя, промчалась справа по цельному снегу, выскочила впереди на дорогу и понеслась, заметно удаляясь.

— Вот это рысак, — сказал Юра. — Чей такой? Вы не знаете, Николай Петрович?

Но Николай Петрович не успел ответить. Ласточка вдруг встрепенулась, уши ее, словно две острые стрелки, скакнули вверх, она сделалась чуть пониже и, вытянувшись в длину, помчалась по дороге.

— Пусть немного промнется, — сказал директор.

Юра молча кивнул головой и натянул вожжи. Он уперся ногами в передок, а спина его прижалась к расписной спинке санок. И гикнул.

— Держитесь! — крикнул он директору, — чтобы не вывалиться.

За санями взметнулось облако снежной пыли.

Юра почувствовал, как сильно и учащенно забилось его сердце, но волнение охватило мальчика не оттого, что он боялся быстрой езды. Нет! В сером рысаке он угадал достойного соперника для своей любимицы и пустил Ласточку на полную рысь. И теперь он был охвачен одним желанием, чтобы она вышла победительницей.

Сначала казалось, что расстояние между обеими лошадьми остается неизменным. Но от секунды к секунде бег Ласточки убыстрялся, и вскоре стало совершенно очевидным, что серому не уйти. Вот он ближе, уже хорошо видна его красивая голова… Еще несколько мгновений, и Ласточка, взяв чуть вправо, пошла рядом с серым, стала понемногу обгонять его и, наконец, подалась влево, на дорогу, сбивая серого с рыси, и помчалась дальше, кося назад черным глазом.

Но серый рысак не хотел так легко уступить первенство. Его седок, в черной барашковой ушанке и меховой бекеше, тоже натянул покруче вожжи, и серый пошел вслед за Ласточкой.

Головокружительно-быстрая езда продолжалась всего несколько минут, но Юре казалось, что прошло уже много-много времени.

Серому так и не удалось обогнать Ласточку. Он долго бежал рядом, и хозяин его, видимо поняв, что все дальнейшие старания бесполезны, закричал:

— Остановись! Остановись! — и первым свернул с дороги в снег.

Юра сделал то же.

Хозяин серого выпрыгнул из саней.

— Чей такой рысак?

— А что? — спросил директор школы. — Нравится?

Юра не стал слушать их разговора. Он торопливо скинул тулуп и бросился к Ласточке.

— Ласточка, касатка, — говорил он в радостном волнении и ласково проводил по лоснящейся шее горячей ладонью.

К нему подошел хозяин серого. Он строгим взглядом окинул Ласточку и похлопал Юру по плечу.

— Хвалю, хорошего коня выходил, так и ребятам своим скажи. А теперь — скорее садись и поезжайте: горячему коню нельзя долго стоять.

— Езжайте впереди, — предложил Юра.

— Нет, — ответил тот улыбнувшись: — по закону первое место — победителю.

Вскоре серый свернул на одну из боковых дорог и скрылся из виду.