– Она потенциальная Истинная или потенциальная еда?

– Пока не знаю, – сказала Роуз.

Хотя все уже прекрасно знала. Им был нужен пар, большие запасы пара, а в новых членах семьи они пока не очень нуждались. Не говоря уже том, что Роуз совсем не хотелось, чтобы ряды Истинных пополнил некто обладавший такой мощью.

– Хорошо. Как нам ее разыскать? Есть идеи?

Роуз перебрала в памяти то, что успела увидеть глазами девочки, прежде чем ее так бесцеремонно вышвырнули обратно в супермаркет в Сайдуайндере. Немногое. Но был там магазин…

– Подростки называют его «Дурной головой».

– Что?

– Ничего. Пока это не имеет значения. Мне необходимо хорошенько обо всем подумать. Но мы ее захватим, Ворон. Она нам очень нужна.

Наступила пауза. Когда Ворон снова заговорил, чувствовалось, как осторожно он подбирает слова:

– Тебя послушать, так она может дать пара на дюжину канистр. При условии, что ты действительно не хочешь попытаться Трансформировать ее.

Роуз издала неприятный, тявкающий смех.

– Если я окажусь права, у нас никаких канистр не хватит, чтобы собрать весь пар этой девчонки. Она подобна огромной горе пара. Это целый Эверест.

Ворон молчал. Роуз не было нужды видеть его или проникать в его мысли, чтобы знать: ее слова произвели впечатление.

– А быть может, мы поступим совсем иначе.

– Не понял.

Естественно, не понял. Стратегическое мышление никогда не входило в число достоинств Ворона.

– А что, если мы не станем ни обращать ее, ни убивать? Подумай о коровах.

– При чем здесь коровы?

– Ты можешь забить скотину и получить месячный запас бифштексов и гамбургеров. Но если оставишь ее в живых и позаботишься о ней, она сможет давать тебе молоко шесть лет. А то и все восемь.

Наступило молчание. Долгое. Она позволила ему продлиться, сколько нужно.

Когда же Ворон снова подал голос, то звучал он еще более осторожно:

– Никогда ни о чем подобном не слышал. Мы их убиваем и получаем необходимый пар, а если кто-то обладает полезными для нас способностями и достаточно силен, чтобы пережить Трансформацию, обращаем его в одного из нас. Как Энди в восьмидесятых. У Дедушки Флика может быть другое мнение на этот счет, если ты веришь, что он действительно помнит те времена, когда Генрих Восьмой убивал жен одну за другой, но я не думаю, чтобы за всю свою историю Истинные когда-либо оставляли «парилку» в живых. Если она обладает такой мощью, как ты говоришь, это может быть опасно.

Скажи мне что-нибудь новое. Если бы ты испытал то же, что и я, вообще назвал бы меня сумасшедшей. И может, я действительно рехнулась. Но все же…

Но все же следовало признать, что она попросту устала от необходимости тратить столько своего времени, да и времени каждого члена семьи, на постоянные поиски пищи. Как устала и от средневекового цыганского образа жизни, который им приходилось вести, вместо того чтобы царствовать и повелевать в роли владык этой жизни, венца творения.

– Поговори с Дедушкой, когда ему станет лучше. С Толстухой Мэри – она прожила на этом свете почти столько же, сколько Флик. Со Змеючкой Энди. Она из новеньких, но голова у нее работает хорошо. Короче, с кем угодно, кто может дать полезный совет.

– Боже праведный, Роуз! Я даже не знаю…

– Вот и я пока ничего не знаю. Меня до сих пор трясет. Все, о чем я сейчас тебя прошу, – это проделать подготовительную работу. В конце концов, ты же у нас антрепренер.

– Хорошо.

– Да, и обязательно побеседуй с Грецким Орехом. Пусть назовет снадобье или наркотик, который поможет нам держать ребенка-лоха в подчинении сравнительно долгое время.

– Мне эта девочка не кажется похожей на лоха.

– И тем не менее она всего лишь лох. А мы сделаем из нее большую, толстую корову, чтобы доить по мере надобности.

Не совсем точное определение. Гигантский большой белый кит – вот чем она станет.

Роуз закончила разговор, не дожидаясь ответа. Она босс, и, с ее точки зрения, обсуждать больше было нечего.

Девчонка – белый кит, а я хочу загарпунить ее.

Но как капитан Ахав охотился на своего кита не только ради тонн ворвани и множества баррелей масла, так и Роуз хотела заполучить девчонку вовсе не ради одной только возможности – при правильном сочетании наркотиков и необходимой психологической обработке – превратить ее в почти неиссякаемый источник пара. Теперь дело приобрело гораздо более личный характер. Обратить ее? Сделать частью Истинного Узла? Никогда! Девчонка вышибла Роуз из своей головы, прогнала, как какого-нибудь назойливого бродячего проповедника, который шатается от дома к дому, рассовывая всем свои трактаты о неизбежном конце света. Еще никто не осмеливался так унижать и оскорблять Розу-в-Шляпе. И как бы сильна девчонка ни была, следовало проучить ее, преподать ей хороший урок.

И это дело для меня.

Роза-в-Шляпе завела свой пикап, выехала со стоянки при супермаркете и направилась к принадлежавшему семье кемпингу «Колокольчик». Располагался он в живописном месте, одном из самых красивых в Скалистых горах. Ведь недаром прежде там стоял знаменитый на весь мир курортный отель.

Хотя, конечно, «Оверлук» давно сгорел дотла.

Семейство Ренфрю – Мэтт и Кэсси – обожало устраивать вечеринки по любому поводу и тут же организовало барбекю в ознаменование только что пережитого землетрясения. Почти все, кто жил на Ричлэнд-Корт, получили приглашения, и почти все пришли. В соседнем магазине «Сломя голову» Мэтт оперативно приобрел ящик содовой, несколько бутылок дешевого вина и бочонок пива. Было весело. Дэвид Стоун прекрасно проводил время. И насколько он мог судить, Абре все тоже нравилось. Она держалась вместе с подружками Джули и Эммой, но он настоял, чтобы дочь непременно съела гамбургер и хотя бы немного салата. Люси настойчиво внушала ему, как важно сейчас следить за питанием Абры, потому что она вступила в тот возрастной период, когда девочек начинает чрезмерно заботить лишний вес и стройность фигуры. Здесь-то их и подстерегали всевозможные нервные анорексии и булимии.