Понимавший, что постепенно утрачивается такой важный источник информации, как личная переписка, дневниковые записи (они оказываются излишними для людей в век телефона, тем более, добавим, с приходом компьютера и Интернета с его электронными письмами и скайпом), Шлезингер вместе со своими коллегами выступил инициатором проведения интервью с видными участниками исторических событий, с тем чтобы эти записи хранились в соответствующих архивах, а наиболее важные из них издавались. Устные воспоминания, хранимые в Библиотеке Кеннеди, явились незаменимым источником для нашей работы.

В настоящей книге использованы и отдельные материалы других архивов — фонды и коллекции Национального архива США, рассекреченные фонды Федерального бюро расследований и Центрального разведывательного управления США, документы Библиотеки Франклина Рузвельта в городе Гайд-Парке (штат Нью-Йорк), Библиотеки Линдона Джонсона в городе Остине (штат Техас) и Библиотеки Дуайта Эйзенхауэра в городе Эйбилин (штат Канзас), коллекция неопубликованных документов Исторического общества штата Массачусетс, материалы отделов рукописей Библиотеки конгресса США и Библиотеки Колумбийского университета (Нью-Йорк) и др.

Помимо этого, в нашем распоряжении находилась огромная коллекция документов Джона Кеннеди и связанных с его деятельностью материалов, которую к пятидесятилетию его вступления на пост президента создали в Интернете родные и близкие при помощи специалистов — историков, архивистов, компьютерных программистов {10} . В значительной мере эта коллекция повторяет документацию архивов, но для широкого круга пользователей да и для специалистов она очень полезна.

Дополнением к тому, что историки называют «историческими остатками» (то есть предметами и документами, непосредственно участвовавшими в событиях, о которых они рассказывают), является «историческая традиция» (косвенные свидетельства о событиях, явлениях, лицах, сосредоточенные в прессе, дневниках, мемуарах). Хотя такие источники отличаются большей или меньшей степенью субъективности (ведь информация в них процеживается сквозь сито авторского восприятия), они создают неповторимые картины, позволяют представить события и героев значительно выпуклее, оттенив их своеобразие и индивидуальные особенности.

В некоторых случаях мемуарные источники хранятся в архивах — мы уже упомянули только что о коллекции «устной истории» в Библиотеке Кеннеди, но очень важны и воспоминания, написанные участниками событий по их собственной инициативе и изданные затем для широкой публики.

Единственным мемуарным произведением, принадлежащим перу одного из героев этой книги, являются воспоминания Роберта Кеннеди «Тринадцать дней», посвященные тому краткому периоду, когда Кубинский кризис 1962 года чуть было не привел мир к термоядерной войне. В книге подробно, по дням рассказано о выработке судьбоносных решений, о роли Джона Кеннеди и самого автора в преодолении кризиса, о контактах с Н.С. Хрущевым и его представителями с целью выхода из положения, казавшегося тупиковым {11} . Правда, американские исследователи установили немало неточностей в мемуарах темпераментного Роберта {12} , но таково уж свойство всех произведений этого жанра.

Ни отец семейства, ни его сыновья не оставили мемуарных жизнеописаний, но сохранились отрывки из их воспоминаний в сборниках, посвященных памяти членов семьи {13} . Небезынтересные сведения о детских годах сыновей, об их личной жизни, о взаимоотношениях в семье встречаются в рассказах матери братьев Кеннеди Розы, записанных в дни ее старости, когда троих сыновей и одной дочери уже не было в живых {14} .

Сам Джон Кеннеди не оставил подробных воспоминаний (сохранились лишь их фрагменты). И только недавно вышла в свет книга его супруги Жаклин, представляющая собой запись ее семи бесед с упомянутым А. Шлезингером со 2 марта по 3 июня 1964 года, то есть через несколько месяцев после гибели ее супруга 22 ноября 1963 года {15} .

Жаклин рассматривала свои рассказы как сугубо личные, содержащие подчас интимные сведения, которыми она делилась с близким человеком. Она была откровенна со своим собеседником, в том числе в некоторых нелицеприятных характеристиках живших и действовавших на тот момент известных политиков и популярных общественных фигур.

Более того, пожалуй, единственным человеком, для характеристики которого она не жалела самых лестных слов, являлся ее покойный супруг. Все же остальные действующие лица преподносились ею в основном с негативной стороны. О французском президенте Шарле де Голле она говорила, что он человек «злобный», обращавшийся с людьми как с собственными слугами. О Линдоне Джонсоне — вице-президенте в правительстве Кеннеди, ставшем потом президентом США, были произнесены еще более едкие слова. Он, мол, с одинаковой помпезностью мог объявить репортерам, что собирается баллотироваться на президентский пост и что занимается сексом один раз в неделю. Жаклин приписала своему покойному супругу (правда, сразу отказавшись от этого слова), что тот якобы называл президента Франклина Рузвельта «шарлатаном» {16} .

Поэтому записи, согласно существовавшей тогда традиции, были засекречены на 50 лет, хотя, как оказалось, прямого распоряжения Жаклин Кеннеди на этот счет не было. По совместному решению Кэролайн Кеннеди, дочери Джона и Жаклин, и других членов семьи, по совету историков и юристов магнитофонные записи были рассекречены несколько ранее пятидесятилетнего срока и опубликованы в 2011 году.

Они дают ценную информацию о жизненном и политическом пути Джона Кеннеди, о его президентстве, о жизни и быте в Белом доме, о взаимоотношениях между супругами, о родных, близких и т. д.

Воспоминания о Джоне Кеннеди и его окружении оставили несколько сотрудников президента, которые затем, после его гибели, работали с его братьями. А один из этих сотрудников — всё тот же видный историк Артур Шлезингер — написал биографии Джона и Роберта Кеннеди. В них значительную часть информации составляют повседневные записи, которые автор, отлично понимавший, какую ценность для истории представляет первичная документация, вел изо дня в день на протяжении всей своей деятельности {17} .