– А еще что?

– Ну, про него все говорят, что он справедливый … человек, - она запнулась на последнем слове, едва не сказав “вампир”.

– Хорошо, а минусы у него есть?

– Есть, он жесткий, самоуверенный и эгоистичный. Но его уважают, на самом деле уважают. И опасаются.

Марина молчала в ожидании продолжения.

Продолжения не было. Лина смотрела в пустой стакан, пытаясь собрать все мысли воедино.

– Лин, давай я тебе сейчас скажу, но ты просто правильно пойми меня, ладно?

Подруга кивнула головой.

– Такие, как Вадим, встречаются не так уж и часто. Он был отморозком, хорошо, что ты вовремя это поняла. Но нельзя судить по нему обо всех мужчинах вообще. Вполне вероятно, что этот твой знакомый на самом деле хорошо к тебе относится. Но и безмозгло кидаться в противоположную сторону тоже нельзя. Единственное, что я могу посоветовать, - попробуй, но не строй больших иллюзий. Нельзя же зарывать себя в землю только потому, что однажды свалилась с лестницы, понимаешь.

Лина снова кивнула.

– И, Лин, не ориентируйся во всем на Вадима. Не все мужики такие, есть ведь и нормальные. Вон, моего Лешку возьми.

– Да, с мужем тебе повезло, - она горестно вздохнула. Не так, как ей!

Подруги замолчали, обдумывая каждая свою жизнь. Марина вспоминала свое знакомство с Линой, какой та была веселой и открытой девушкой, и как потом изуродовал ее психику бывший муж. Да и не только психику.

– А дети?
– спросила вдруг подруга.

– Что дети?

– Ну, вдруг ты забеременеешь?

– Ему это не нужно, - улыбнулась Алина. Вампиры детей иметь не могут, так что беременность ей не грозит. Да и не знала Марина некоторых вещей про свою лучшую подругу. И хорошо, что не знала.

– Но это нужно тебе?

– Пока нет, а там дальше видно будет, - девушка старалась уйти со скользкой темы.

– Ну, смотри, - Марина оставила расспросы.
– А насчет остального - если он тебе нравится, то почему бы не попробовать? А там может и решится жениться.

А вот на этот вопрос Алина твердо знала ответ.

…

Магдалена с интересом смотрела на гостя.

Хорош, ничего не скажешь. Подтянутое тело, наглый взгляд уверенного в себе самца, обаятельная улыбка и ямочка на подбородке. Русые с легкой сединой волосы, тщательно уложенные в прическу, придавали ему аристократический шарм.

Мужчина прошел вперед вслед за безмолвной Марией, слегка склонился в поклоне хозяйке дома и размашисто, уверенно уселся на диван.

– Вы хотели меня видеть?
– раскатистое “р” в его речи было дополнительной изюминкой.

Магда с удовольствием оглядела гостя с ног до головы:

– Да, и признаюсь, не разочарована!

Мужчина довольно ухмыльнулся.

– Я тоже многое о вас слышал, уважаемая Магдалена. Рад, что слухи оказались слишком пресными по сравнению с оригиналом.

Девушка слегка склонила голову и улыбнулась, принимая такой своеобразный комплимент. Встала с кресла, прошла вперед, якобы просто к окну, но на самом деле демонстрируя гостю свою великолепную фигуру. Отодвинула тяжелую штору, посмотрела на улицу. Апрельское солнце ярко светило с чистого синего неба, кое-где еще лежали почерневшие от грязи тающие сугробы, а на деревья начала пробиваться молодая листва.

– Чем обязан встрече, госпожа Магдалена?
– мужчина знал, как польстить девушке. Госпожой называют только высших вампирок, Магда пока ею не являлась.

Она обернулась.

– У нас с вами есть общая знакомая. Спорю, вы вряд ли забыли о своей первой жене.

Улыбка мигом слетела с лица гостя, стоило Магде вспомнить про Ветрову.

– Я бы не хотел о ней говорить с такой приятной женщиной, как вы!

Девушка прошла обратно к креслу, с удобством уселась в него и взяла бокал вина с подноса, поданного Марией.

– А придется!

…

Сначала Лину от готовки оторвал коммивояжер. Позвонивший в дверь парень начал так усердно предлагать девушке новую улучшенную электробритву с пятью лезвиями, что у Лины появилось жгучее желание на нем этот продукт производства китайских рабочих и проверить.

Затем пришли собирать подписи против строительства на месте близлежащего озера новой автостоянки. Тот факт, что озеро еще даже не осушили, а под стоянку отвели место чуть дальше, агитаторов никак не смущал и они все равно требовали поставить подпись на листке бумаги.