— Туда, пожалуйста… ага, туда, — Эд указывал на дорогу после поворота к гольф-клубу.

Не заставит же он нас раскопать здание гольф-клуба. Господи, пронеси.

Процессия из четырех автомобилей медленно тащилась по извилистой дороге через парк, с двух сторон окаймленной густым кустарником. Они миновали какие-то старые военные постройки, имевшие вполне обитаемый вид, и продолжили движение. Они преодолели подъем и притормозили, увидев, что дорожное покрытие закончилось.

ОПАСНО

ТЕРРИТОРИЯ ПРОСТРЕЛИВАЕТСЯ

ПРОХОДА НЕТ

Ну вот, приехали. Проклятое стрельбище.

Небольшая автостоянка разместилась справа от дороги, а само здание клуба любителей стрельбы — слева. На парковке почти не осталось свободного места. Джимми слышал звуки выстрелов из легкого оружия. Он задался вопросом: не опасно ли присутствие серийного убийцы в непосредственной близости от стрелкового оружия? Это может закончиться плохо. А если Эд скажет, что зарыл труп посреди стрельбища? Очень удобно.

Но Эд мотнул подбородком в сторону заброшенных остатков береговой батареи, представлявших собой скопление испещренных граффити обветшавших бетонных построек на краю зубчатых скал, возвышавшихся над синим океаном. Ни людей, ни лодок, ни автомобилей. Уже лучше.

— Это здесь, — послышался с заднего сиденья голос Эда.

— Внутри? — уточнил старший сержант Льюис.

— Да… э… я положил ее там. Ага, — ответил Эд.

Эд показал на одно из подземных сооружений, построенных во времена Первой мировой войны. Вход вел в углубление в травянистом холме в нескольких метрах от стоянки.

— Хорошо, давайте посмотрим, — решил Льюис.

Им повезло, случайных свидетелей поблизости не оказалось. Инспектор Келли был бы счастлив такому стечению обстоятельств. Поле для гольфа находилось за пределами видимости на другой стороне холма, а из зоны стрельбы никто не показывался. Не было нужды скрывать наручники Эда, и Джимми с радостью увидел, что старший сержант Льюис выпускает Эда из машины, не скрывая того, что он заключенный. Эд моргал, привыкая к яркому солнцу, и осматривался, приоткрыв рот, как человек, наслаждающийся ароматным свежим воздухом, которого долгое время был лишен.

Будем надеяться, что над нами не появится вертолет прессы, именно сейчас барражирующий вдоль береговой линии…

Медленно бредя в своих оковах в сопровождении полудюжины вооруженных полицейских, Эд подошел к бункеру, окруженный командой аудиовизуальной службы, фиксировавшей каждый его шаг и каждую фразу. Судмедэксперты шли следом. Чем ближе они подходили ко входу в бункер, тем меньше Джимми нравилось происходящее. Две бетонные стены оставляли проход шириной всего около метра, ведущий в подземное помещение. Возможно, это было сделано для того, чтобы вход не занесло песком. Вокруг все было усыпано всевозможным мусором. На дороге прямо перед ними валялись заржавевшие останки непонятного механизма, вместе с обломками бетонных плит и налетом грязи и песка. Вход оказался низким, меньше пяти футов высотой, как прикинул Джимми, и был перегорожен тяжелыми железными воротами.

Поцелуй меня в мой греческий зад, — пробормотал Джимми по-гречески.

— Что такое? — спросил его Льюис.

— Ничего.

— Так расскажи нам про этот бункер, Эд, — начал Льюис. — Что мы там будем искать?

— Э… ага. Я покажу вам. Она внутри… завернута в черные пластиковые мешки. Я… э… вам покажу.

Джимми нахмурился. Тяжелые ворота, видимо, являли собой безуспешную попытку Службы по охране парков и дикой природы перекрыть доступ внутрь сооружения. Одну, меньшую, секцию железной решетки кто-то уже попытался прежде приоткрыть тяжелым предметом, и она уступила этой попытке. Джимми сомневался, чтобы взрослый мужчина мог пролезть в образовавшееся отверстие. А даже если и сможет, внутри ему покажется не слишком просторно. Понадобятся фонари. Много фонарей.

— Когда вы были здесь в последний раз? — спросил Льюис.

— Когда я… положил ее сюда… я… э… Думаю, года два или три назад. Ага. Три года.

— И как вы попали вовнутрь?

— Через эту… дыру. Ага.

— И труп вы поместили туда?

— Ага, она там. Она… весила мало. Такая маленькая девочка.

У Джимми скрутило живот.

«Как он протиснулся через эту гребаную маленькую дыру? — подумал он. — Здорово. Интересно, я единственный из присутствующих, кто любит пончики?»

— Хорошо, Хузиер, вы пойдете туда, — приказал Льюис.

Довольный тем, что не попал в подопытные морские свинки, Джимми передал Хузиеру свой фонарик, который носил на поясе. Он повернулся к одному из медэкспертов, худому загорелому юноше. Как бишь его зовут?

— Сколько у нас всего фонарей, Симмонс? — спросил он.

— Я Саймонд, — поправил тот. — Полдюжины хороших фонарей. Никаких проблем… — Он направился к фургону. — Еще у нас есть кусачки. Я посмотрю, что можно сделать с воротами.