Артефакты находились в аудитории на первом этаже «Проктор юнион», этажом ниже директорского кабинета. «Проктор юнион» – большое и хаотичное сооружение, часть которого отведена под офисы, часть – под музей, а часть – под конференц-центр. Оно располагается за западной петлей Длинного пруда, который представляет собой вытянутую восьмерку – символ бесконечности.

В обычных обстоятельствах мы могли бы спуститься из офиса Винди и пройти по коридору под прудом, но сейчас все было закрыто по соображениям безопасности. Пришлось одеться и выйти через главный вход. Винди шла впереди. Вечер был влажным и ветреным, в небе виднелись размытые очертания полной луны. Встречные куда-то спешили, наклонив голову. Случайных любителей прогулок сегодня не было.

Мы перешли через Длинный пруд по одному из мостов. Квоков, собиравшихся здесь в стаи в это время года, тоже не было видно.

Винди поплотнее запахнула пальто.

– Сегодня будет много важных персон. – Она начала перечислять имена и титулы – сенаторы и судьи, руководители корпораций и адвокаты. – Весьма влиятельные в городе лица. – Андиквар был столицей планеты, и подразумевалось, что их влияние распространяется не только на город. – Услышав о приезде маджи, они захотели к нам присоединиться.

Я знала, что завтра те же самые люди будут нападать на него и разглагольствовать о морали в ток-шоу, но промолчала.

– Впрочем, особого столпотворения не ожидается, – продолжала Винди. – Приглашения направлялись в последнюю минуту.

– Тоже из соображений безопасности? – спросил Алекс.

– Да. Его охрана не любит планов, составленных задолго до события.

– Догадываюсь.

«Проктор юнион», административный центр комплекса, напоминал стреловидный летательный аппарат, готовый взмыть в небо. Крыши расходились в нескольких направлениях, но наклон их создавал впечатление, будто сооружение должно перелететь на дальний берег Наракобо. Сквозь ряд деревьев виднелась сама река, темная и задумчивая. В вечернем воздухе витала неясная тревога – ощущение близкой катастрофы.

У главного входа молча стояли двое охранников маджи, которых ни с кем нельзя было спутать. Они всячески прикидывались обычными людьми, но бандиты есть бандиты. Охранники оглядели нас, и один из них что-то прошептал в браслет. Когда мы подошли ближе, нам выдали две механические улыбки. Воцарилась напряженная тишина. Мы представились, и нам разрешили пройти.

– Вряд ли они считают нас очень опасными, – понизив голос, сказал Алекс.

– Вас уже проверили заранее, – ответила Винди.

Мы поднялись по двенадцати мраморным ступеням к портику. Открылась дверь, и мы прошли в вестибюль. Раздевшись, мы свернули в главный коридор. Оказалось, вечеринка уже выплеснулась туда. Некоторые гости увидели нас с Винди и подошли поздороваться. Винди представила меня тем, кого я не знала, и после обмена любезностями мы двинулись дальше.

– Честно говоря, я удивлен, что он решил появиться именно здесь, – заметил Алекс. – Разве деятельность научного учреждения не подрывает его религиозные воззрения?

– Думаю, это просто роль, которую он играет перед соотечественниками, – сказала Винди. – Будь он настолько глуп, он не смог бы удержаться у власти.

Несколько человек – видимо, из отдела Винди – снимали все происходящее.

– Но ведь его подданные увидят это, – сказала я.

– В Коррим-Масе все будет выглядеть иначе. Правоверные услышат, что он стойко держался в окружении неверных, – рассмеялась она. – Не относись ко всему так серьезно, Чейз.

Стены украшали голубые с золотом флаги.

– Цвета его государства? – спросил Алекс.

– Да.

Миновав двустворчатые двери, мы вошли в зал для приемов. Там стояли человек тридцать, все с бокалами в руках. Я узнала двоих сенаторов, советника по науке, нескольких академиков – и, конечно, доктора Луиса Понцио.

Отделившись от остальных, он подошел к нам, всем своим видом изображая радость в связи с нашим появлением.

– Алекс, – сказал он, протягивая руку, – очень приятно, что вы пришли. Винди уже рассказала вам о нашем госте?