– Кто ты? – тихо спросил маг, разглядывая удивительные переливы цветов в ее ауре.

– Спутница. – тихо ответила девочка. – Зовут меня лиса. – успела представиться она, когда второй мужчина таки догнал ее, тяжело дыша он остановился у самих врат.

– Что ж ты, Лиса, заставляешь старика бегать?

– Ты не старый! – фыркнула девочка. – И у тебя есть к нему выгодное предложение.

– Предложение? – одновременно воскликнули оба и переглянулись.

– Кернис? – разглядев позднего гостя, недоверчиво спросил маг.

– Риан? – в ответ поинтересовался купец. – Как-то ты сам на себя не похож.

– Многое изменилось, после того как мы проникли в храм. – пожав плечами сказал маг и снова обратил внимание на девочку. – Так какое же выгодное предложение у вас есть.

– Мы готовы продавать ваши амулеты! – с хитрой улыбкой, несвойственной детям, предложила Лиса.

– Входите нам нужно это обсудить! – подумав немного сказал Валериан, довольно визгнув девочка первой шагнула на территорию магов, а потом с удивительным смехом побежала в сад, где даже ночью цвели удивительные цветы, ее смех слышался то тут, то там, он был таким искренним и живым, что помимо воли заставлял улыбаться остальных. Следом за девочкой следовал ветер, вольная стихия ветра, в которую перевоплотилась бывшая хранительница храма Габриэлла Яльд, она с большим удовольствием играла с девочкой, кружилась вокруг нее, касалась ветвей и цветов, чтобы они словно тянулись к Лисе, им было весело. Но проносясь мимо мага, стихия замерла, внимательно разглядывая его, потом едва ощутимо коснулась, для человека ее прикосновение было чем-то с родни дуновения ветра, но этого хватило, чтобы почувствовать его мощь, его силу, чистую незамутненную, она переполняла человека, придавая ему сил.

– Твоя могущественная помощница выбрала тебе лучшее имя, чем то, которое было предначертано тебе судьбой, Валериан Саино Мастаре! Ты станешь достойным магом…

После чего бывшая хранительница храма закружилась вокруг мага и бросилась дальше гоняться за девочкой, после трех сотен лет одиночества в запертом храме, хотелось играть, бегать петь и Габриэлла поспешила этим заняться.

Обычная вечерняя тренировка затянулась, несмотря на это первый отряд карателей все еще слаженно отрабатывал приемы, стойки и способы защиты с мечами. Ситуация за один день очень сильно изменилась, король вдруг перестал быть марионеткой, герцоги его жарко поддержали, лишив Абеля всего. Патриарх должен был в ближайшее время отказаться от власти и передать все приемнику. Охоту на колдунов запретили законов, этот указ глашатаи зачитывали на каждом углу Мердариона. Люди были шокированы всем произошедшим за сегодняшний день. Многие из воинов взяли увольнительную и сейчас запивали свои переживания в тавернах рассказывая жуткие подробности произошедшего в долине. История обрастала подробностям и сейчас люди шепотом поведывали друг другу, что сам Коварный наведывался на землю, чтобы защитить слабых колдунов, что правда, говорили это шепотом, опасаясь, что Коварный услышит и чего-нибудь плохое ниспошлет на головы сплетникам. Но больше всего свирепствовал капитан первого отряда карателей. После сегодняшней о поведи ведьмы он как с цепи сорвался.

Несмотря на то, что требования магов признали и даже пошли им на встречу, дав права и свободу от преследования расформировывать отряды карателей никто не спешил. Причиной тому были серьезные опасения, возникшие после громкого заявление магистра Валериана, в котором он ясно дал понять, что у него достаточно сил, чтобы защитить тех, кто ему доверился.

Впрочем, Десмонда бесило совсем не это, нет, его переполняли совсем другие чувства, которые не имели никакого отношения к возродившимся магам, получившим в свои руки огромную власть, по правде говоря, капитан плевать хотел на все произошедшее, кроме одного, той страной ведьмы, к которой он привязался. И Шакард, лучший друг капитана, прекрасно осознавал очевидное. Капитана разъедала буря чувств, бушевавшая ураганом внутри, которую он изо всех сил пытался скрыть ожесточенными тренировками, изгоняющими все чувства и эмоции.

Шакард даже не мог представить каково сейчас его другу. Ведьма, которая казалась жертвой, вдруг превратилась в охотника и в большую угрозу для всех. В день ее казни, она показала свое истинное лицо и безграничное могущество, а значит все, что было до этого искусно построенная игра, лживая с самого начала, с самой первой встречи. От этой мысли в сердце пробуждалась ярость, но ведь Шакард не был влюблен в обманщицу, а в отличии от своего друга.

Каратель вздохнул и отпустил клинок, внимательно наблюдая за Десмондом. Ему не раз хотелось поговорить с другом, но он все время натыкался на глухую стену, от которой несло болью и ненавистью. Краем глаза он заметил странное, едва заметное, сияние и повернул голову, из портала на поляну шагнула ведьма. Подняла на него взгляд, холодный, уставший, наполненный грустью и болью. Плавно девушка приложила палец, к своим губам безмолвно прося помолчать. Шакард сам не понял почему не предупредил друга, почему не набросился на проклятую ведьму, их врага и по делу и по сути… Может он давно понял, что с самого начала она не хотела сражаться… А может потому, что именно она не раз спасала им жизнь и плевать на то, что это ложь, ведь та благодарность ей была настоящей. Кто знает, почему он так поступил, но Шакард только кивнул в ответ, она усмехнулась только уголками губ, бесшумно шагнула к Десмонду и быстро схватив его за руку, утянула в портал, который сразу же схлопнулся…

– Почему ты позволил ей это? – спросил Огняр.

– А ты Огонек, поступил бы иначе? – вопросом на вопрос ответил каратель и отвернулся, ему не нужен был ответ, он и так знал его…

Ощущение падения сменилось, и я почувствовал как кто-то, потянув меня за руку, вытащил на свежий воздух. Когда я поднял, голову встретился с ее серьезными, зелеными глазами. Не думая, что творю я, замахнулся на нее клинком, холодный кусок железа летел прямо ей в грудь, а она не спешила отклоняться, я остановил руку у самого конца, острие замерло, едва прикасаясь к ее одежде.

– Почему! – зарычал я. – Почему ты не защищаешься?

– Я думала, тебе станет интересно, и ты остановишься… – сказала она глядя на меня, вот так спокойно, словно не считала меня врагом, даруя очередную ложь о том, что я что-то значу…

Я зло отбросил оружие и оглянулся по сторонам. Мы находились высоко-высоко над землей, на плоской вершине скалы, а во все стороны раскинулось бесконечное, лазурное небо. Я подошел к самому краю и взглянул вниз, казалось, дна у бездны нет.

– Зачем я здесь? – последовал закономерный вопрос. Она приблизилась бесшумно, девушка казалась такой хрупкой, но как же обманчиво было это впечатление, в сердце смешался ядовитый коктейль из абсолютно несовместимых чувств – ярости, презрения и любви.

– Помнишь мое обещание. Пришло время рассказать, рассказать все что обещала. – сказала она остановившись на краю бездонной пропасти.

– Ты думаешь мне это надо? – едко спросил я. И позволил себе жестоко усмехнуться. – Ты ошиблась ведьма, все, что я хочу это убить тебя, чтобы уберечь свой мир от гибели, которую ты в него принесла. Так что доставай оружие. – потребовал я. В ответ на мое требование она коварно ухмыльнулась.

– И ты ничего не хочешь спросить? – коварно задала вопрос ведьма.