– Да сиди ты, – рассмеялся Кристиан. – Кого ты хочешь провести? Все знают, что ты в теме. У вас в «РВС» многие в теме. Скажешь, нет?

И медик вновь разразился глумливым хохотом.

– Не понимаю, о какой теме речь, – сухо ответил Костик. – Желаю хорошо повеселиться.

Настроение было подпорчено. Что это за тип? Откуда он взялся? И почему прицепился к нему с таким странным, даже оскорбительным предложением? Вот они, горькие плоды популярности… Чтобы собраться с мыслями, он вновь пригласил Настю на энергичный танец. Но тут его ожидала новая напасть. Прямо перед ним вдруг откуда ни возьмись появились две девчонки – по виду, старшекурсницы – и принялись выделывать своими ногами, бедрами и животами такое, что Костю бросило в жар. Девиц же это только развеселило. Подначивая друг друга, они тянули к нему руки и норовили облепить своими разгоряченными телами. Вежливые улыбки не помогли – подружки вошли в раж и, тесня Настю, наступали на Стражнецкого.

– Черт те что, а не юбилей химфака, – Костя вытер влажный лоб. – Пойду покурю.

– Я с тобой, – дернулась за ним Настя.

– Не надо, – отмахнулся Стражнецкий. – Я скоро вернусь. Мне надо звякнуть партийным товарищам.

Он не сделал и десяти шагов, как его подрезал Семен Борисович:

– Константин Ильич, так что вы решили насчет благотворительного фонда «Навсегда с химфаком»? Сегодня самое время обо всем договориться. Все меценаты в сборе…

– Я покурю и подойду к вам, – Стражнецкий начал терять самообладание. – Мне только что звонили из политсовета…

– Да-да, конечно. Решите свои государственные дела, а потом милости просим к нам, – и он кивнул в сторону VIP-столика.

Костя глянул по направлению кивка и увидел Ларису Маркову в окружении мужчин. Подняв бокал, она громче, чем обычно, смеялась, одобрительно кивая головой в такт словам статного длинноволосого брюнета, опирающегося на трость.

– Это кто? – при взгляде на незнакомца Костю почему-то кольнуло дурное предчувствие.

Словно заметив его заинтересованный взгляд, брюнет посмотрел в сторону Стражнецкого.

– Это удивительно щедрый человек, благотворитель с большой буквы. Директор одного из лучших спортивных заведений города и по совместительству муж нашей многоуважаемой Ларисы Петровны…

– А-а. Борис Семенович, а что тут сегодня за сходка медиков? Я с одним пересекся: говорит, делегация друзей факультета…

– Лично я никого не приглашал, – развел руками декан. – Разве что Аллочка в курсе. Я уточню…

«Все так, да что-то не так, – думал Костя по дороге в курилку. – Что-то не так». Заглянув в прокуренный закуток у туалета, где яблоку было негде упасть, Стражнецкий тут же прикрыл дверь. Нет, лучше он подышит свежим воздухом и заодно приведет мысли в порядок. Он отошел подальше от крыльца, с удовольствием раскурил сигару и запрокинул голову, наслаждаясь видом сумеречного апрельского неба. «Как это просто – быть счастливым, – подумал Костя. – И как это хорошо – начинать новую жизнь. Иметь такую возможность. Не дать себя спеленать всем этим условностям и предрассудкам. Ну и что, что у него дети? Он же их не бросает. Да, он уедет далеко, но он же не будет о них забывать. В конце концов, в том, что так получилось, нет его вины. Неужели Катюшка не понимала, что он не любит ее? И, тем не менее, пошла за него замуж. Испортила жизнь и ему, и себе. А ведь все могло бы быть…»

Его размышления прервал чей-то кашель. Костя вздрогнул и обернулся. Недалеко от него, почти неразличимый в темноте, стоял незнакомый мужчина. То ли он был одет во все черное, то ли это был оптический обман… Стражнецкий тоже прокашлялся и зашагал прочь. Настя поджидала его на крыльце.

– Ты куда пропал? Я все закоулки обегала.

– Я же сказал: у меня дела, – чуть взволнованно ответил Стражнецкий и оглянулся. – Кстати…

Он взял паузу, рассматривая Настю. Сказать или не сказать?

– Может, ты не в курсе, но я женат.

– А почему тогда у тебя нет кольца?

– Не люблю всех этих бабушкиных ритуалов и прочих пережитков прошлого. В первую очередь, я свободная личность.

– Значит, мы можем поцеловаться? – с легким вызовом сказала Настя и, не дожидаясь ответа, обвила его шею руками.

Новая знакомая не слишком нравилась Стражнецкому. По крайней мере, он не достиг еще той кондиции, чтобы рассматривать ее в качестве кандидатки на сегодняшнюю ночь. Но если женщина просит… Он любил при случае пошутить, что воспитан в классических традициях, не позволяющих отказать даме в такой малости.

Хлопнула дверь, и на крыльце возникла крепкая фигура светловолосого медика.

– Ни хера себе! – заорал «Кристиан». – Этот верный сын России обхаживает мою телку! А по сусалу не хочешь?

Стражнецкий обернулся, насколько ему позволили настины объятья:

– Что вам нужно? А, это ты… – и он удивленно посмотрел на «Кристиана».

– А ну отвалил от моей телки, – сурово сказал блондин.

– Кость, да это какой-то псих, – возмутилась Настя. – Сначала к тебе докапывался, потом ко мне… Молодой человек, вы меня ни с кем не перепутали?

– Тебе, шлюха, слова никто не давал! – опять рявкнул «Кристиан». – С тобой я дома поговорю. А ты у меня сейчас промеж рогов схлопочешь.

И он угрожающе шагнул к Стражнецкому. Тот отступил. Костик считал, что кулаки – оружие слабых. Ему всегда удавалось выйти из неприятных ситуаций с помощью дипломатических способностей. Случались, конечно, небольшие схватки, пару раз по молодости он даже «носил» фингалы… но сейчас, когда он уважаемый в городе человек, народный избранник, главный редактор солидного издания…