–  На что вы намекаете? Откуда вы знаете о моей работе?

Черные брови на лице инспектора разгладились, пытливые глаза посмотрели на Таха дружески.

–  Вы уже взволновались, доктор, от одного моего намека? И я понимаю. Все для меня обрисовывается довольно четко. Не знаю, покажется ли это вам убедительным. Но сначала еще два-три вопроса… Кроме обычной больничной работы, вы занимаетесь и чисто научной?

–  Я - физиолог, - просто ответил Tax.
– Рентген не совсем моя специальность… Но надо иметь место, чтобы кормиться… Врачи и физиологи не составляют исключения из общего экономического закона о спросе и предложении труда… И о безработице также, - добавил Tax с горечью.

–  Но все же, доктор, сидя один в рентгеновском кабинете до поздней ночи, вы ведете там какое-нибудь определеннее исследование?

Tax секунду колебался, потом кивнул головой. Инспектор осторожно понизил голос:

–  Вы имеете некоторые основания держать пока ваши труды в секрете? Интересные опыты, возбуждающие зависть и конкуренцию среди ваших коллег, которые тоже не составляют исключения?

Инспектор заставил этими словами улыбнуться Таха и добавил:

–  Мажет быть, важное открытие?

Tax рассмеялся:

–  Ни то, ни другое… Врагов у меня нет. А о таинственных открытиях пишут только в приключенческих романах.
– Tax передохнул и сказал прежним задумчивым голосом: - Просто я - скромный радиолюбитель. Немного теоретических вычислений… Интересные выводы… Но практически, кажется, ничего существенного… - Глаза Таха оживились.
– Все же это очень увлекательная штука… С ней просидишь и до утра иной раз…

–  Украденные миллиамперметры имели отношение к вашей этой работе?

–  Д-да… У меня нет средств купить… Я пользовался казенными. При помощи крошечного приспособления я их делал сверхчувствительными. Они становились микроамперметрами. Но это не существенно.

–  Пожалуй, - согласился инспектор.
– У вас в кабинете, конечно, радиоустановка?

Tax смешно развел руками.

–  Сознаюсь… Но разрешения на нее не имею и денег не платил… Судите меня как радиозайца… Впрочем, мою установку никто не может заметить. Она вором осталась неповреждена.

Инспектор приподнялся со стула и протянул Таху руку.

–  Будьте уверены, доктор, что стенограммы нашего разговора не выйдут из стен «секретки». А насчет поисков пропажи мы примем все меры, обещаю вам. Хищения народного достояния из советских учреждений требуют самого строгого внимания.

В дверь постучали.

–  Войдите, - отозвался Tax.

Вошел дежурный санитар в сером фартуке поверх теплой тужурки и отрапортовал Таху:

–  В приемный покой доставлен гражданин… Свалился с подножки трамвая, что ли… Без сознания.

Tax извинился перед инспектором:

–  Простите, долг дежурного врача призывает меня спешить…

–  Пожалуйста, доктор, - поклонился инспектор и надел кожаную фуражку.
– Мы выйдем вместе. Скорей, Аркадий!
– кивнул он стенографисту.

Аркадий подхватил свой портфель и бросился за инспектором.

В вестибюле на носилках лежал пожилой бритый человек. Взлохмаченные волосы его были мокры. Пальтишко в грязи. Tax подошел и взял лежащего за руку. Пульс не прощупывался. Tax еще больше наклонился над стариком и приподнял его опущенное веко. Оттуда на Таха уперся мутный мертвый взгляд, который сказал Таху, что все кончено.

Tax огляделся. Инспектор с Аркадием стояли тут же рядом и смотрели на работу Таха.

–  Санитары!
– крикнул Tax и пожал плечами.
– Не слышат… Опять в приемке с милиционером разговоры разговаривают… Санитары!.. Оглохли… - Он повернулся к инспектору.
– Не хотите ли ознакомиться с нашим приемным покоем?

В приемке Tax распорядился, чтобы балагурившие санитары отнесли труп старика в мертвецкую. Инспектор присел на скамью и смотрел, как дежурный лекпом с милиционерам быстро и ловко осмотрели снятую с покойника одежду.

–  Никаких документов, товарищ Tax, - официально заявил лекпом и отошел к столу.

–  Пишите протокол, - в тон ему ответил Tax.

Лекпом окунул перо в чернильницу и яростно завозился над бумагой.

Санитары унесли труп вместе с одеждой, засунутой в брезентовый серый мешок. Tax посмотрел на часы.

–  Скоро двенадцать… Я пройду к себе в рентген… Всего хорошего, товарищи.

Он поклонился инспектору с Аркадием и вышел из приемки. Инспектор тоже поднялся и двинулся через вестибюль к выходной двери.