– Замечательно, - сказал Шейн.
– Мы будем прямо здесь.
– Он прошел к маленькому ряду стульев. Клэр заняла один с Евой по соседству, пока Шейн просматривал ассортимент устаревших журналов... а потом дверь открылась.

Это была не шеф Мосес. Вместо нее был самый накаченный полисмен, которого Клэр когда-либо видела. Шире и выше Шейна.

Его взгляд моментально зафиксировался на офицере за столом.

 - У вас тут проблема?
– спросил он. Она просто указала через плечо на Шейна и продолжила беседу с каким-то избирателем, который разговаривал с ней по телефону в данный момент.

– Дерьмо, - сказала Ева.
– Эм... ребята?

Было слишком поздно. Офицер тяжело подошел к ним, и Шейн быстро встал, уронив журнал на пол.

– Мне кажется, возникло некоторое недопонимание, - сказал он.
– Потому что я не звал Офицера Дружелюбие. Я звал...

Лишь так далеко он зашел до того, как коп схватил его за плечи, повернул и прижал плашмя к стене, с грохотом сдвинув изысканное произведение искусства, висящее на ней.

 - Заткнись, - сказал он и достал наручники.

– Вы имеете в виду, у меня есть право на молчание? Как насчет моего права на адвоката, у меня оно есть? Ауч. Скажи мне, ты никогда не делал этого раньше, не так ли? Дай мне помочь тебе разобраться с этим.

– Заткнись, умник. Ты создаешь беспорядки.

– Я хочу увидеть шефа Мосес!

– Шеф Мосес занята. Тебя перенаправили ко мне вместо нее.

– Мы должны вмешаться?
– спросила Ева у Клэр, которая все еще сидела, застывшая в своем кресле.
– Потому что я привыкла к арестам Шейна, но тут что-то не так. Ты передумала задавать вопросы?

Клэр очнулась и встала со стула. Глаза Офицера Дружелюбие (это прозвище ему действительно подходит) просканировали и отпустили ее.

По крайней мере она попыталась.

– Сэр, мы знакомы с Ханной Мосес. Она не хотела бы, чтобы вы делали это. Нам просто нужно задать ей несколько вопросов. Важных вопросов.

Девушка с телефоном, которая только что закончила разговор и наконец-то положила трубку, закатила глаза.

– Ага. О собачьем укусе.

Как ни странно, это остановило на несколько секунд Офицера Дружелюбие, а затем он схватил Шейна за плечо, развернул его к себе лицом и сказал:

– Тебя укусила собака?
– Это было сказано с беспокойством и рвением, что было странным сочетанием, которое Клэр не могла понять. Как и Шейн, судя по выражению его лица.
– Когда?

Шейну удалось пожать плечами несмотря на наручники и хватку на его плече.

 - Недавно.

Коп развернул парня Клэр, закатал рукав Шейна, ничего не увидел и закатал второй. На мгновение он уставился на красноватый шрам, а затем достал ключи и отпер наручники.

 - Извини, парень, - сказал он.
– Я приведу шефа. Присаживайся.

И он просто ушел. Все - даже офицер/секретарь - молча смотрели, сбитые с толку, и это продолжалось целую минуту, пока матовая стеклянная дверь снова не открылась, впуская Ханну Мосес.

– Извините, - сказала женщина за стойкой, - но этот молодой человек был очень настойчив...

Ханна проигнорировала ее. Она подошла к Шейну, схватила его за руку - правильную - и посмотрела на шрам.

– Черт, - произнесла она.
– За мной, все вы.

Она привела их в свой кабинет, захлопнула и заперла за ними дверь.

– Я просто...
– начал было Шейн, но она остановила его, подняв палец, обошла свой стол и выдвинула ящик. Она передвинула какой-то переключатель, затем кивнула.
– Что это, какая-то шпионская хрень?
– спросил Шейн.

– Шпионская хрень, - подтвердила она и села в свое офисное кресло на колесиках.
– Я знала, что ты был укушен, но на фоне всего это вылетело из головы. Прости. Ты ощущаешь какие-нибудь последствия?

– Подожди минутку. Кто пытается прослушать тебя? Все вампиры заняты шоппингом в торговом центре, - сказала Ева.
– Если только... ты не доверяешь своему новому радужному боссу. Я уверена, он твой новый босс, не так ли? Фэллон Великолепный?

Ханна не отвечала. Она неотрывно смотрела на Шейна и ждала, пока он не сказал:

 - На самом деле укус ощущается довольно странно. Не так плохо, как когда я покинул Морганвилль, но он начал жечься на дороге, и стало хуже, когда я вернулся домой. Начиналось слабо, вроде боли в руке, но потом я начал чувствовать это... желание.

– Желание охотиться на вампиров. Сражаться с ними. Убивать их, - сказала Ханна.
– Вот почему ты так внезапно покинул торговый центр. Ты больше не мог это контролировать.