Он распорядился увести детей и только тогда заговорил:

— К сожалению, в одну из посылок оказалось заложено самодельное взрывное устройство. Открывавший ее полицейский принял меры предосторожности и не пострадал. — Он улыбнулся и продолжил нарочито бодрым тоном: — Так что все в порядке — Рождество не будет испорчено.

Одна из женщин спросила дрожащим голосом:

— Капитан, кому была адресована посылка?

Оглядев взволнованных людей, тот ответил:

— Мисс Соне Гриффите.

Все сразу повернулись в сторону девушки, которая сильно побледнела и покачнулась. Стоящие поблизости попытались подхватить ее, но Григ успел первым. На руках он перенес девушку в кресло. Кто-то подал нюхательную соль, и Соня очнулась.

— Не верю, не верю, — причитала она, затем заплакала и беспомощно склонила голову на плечо Грига. Он обнял ее, ласково утешая.

Окружающие сочувственно смотрели на девушку, обсуждая происшествие, негодуя, что почта не может проверять посылки перед их отправлением к адресату. Мужчина средних лет, отец троих детей, возмущенно обвинял капитана Джонсона в недостатке бдительности.

Дара считала это нормальной реакцией — все слишком испугались. А что, если взрывное устройство было бы мощнее и кто-нибудь погиб?

Капитан Джонсон призвал к молчанию и возвысил голос:

— Приношу свои извинения за тот страх, который вам довелось испытать. В дальнейшем вся почта будет проверяться до доставки в это здание. Разве вы не понимаете смысл действий преступника? Он знает, что вы находитесь в безопасности, что ему до вас не добраться. Негодяй хочет заставить вас нервничать, переживать за свои дома, надеясь, что вы вернетесь. Доверьтесь полиции и армии, мы сумеем защитить вас. Я не устану повторять, что только здесь ваша жизнь вне опасности. Сегодня у нас праздник — так выбросите из головы грустные мысли!

Нелегко было последовать этому разумному совету, хотя многие честно пытались. В конце концов, толпа постепенно разошлась. Основная масса затворников отправилась репетировать поздравительную песню.

Дара как раз думала, чем бы заняться, когда заметила Джонатана. Тот держал в одной руке гитару, а в другой — ноты. Обменявшись многозначительными взглядами, они выбрались из холла, и пошли в комнату с карточными столиками. Как обычно, с утра солнечные лучи весело пробивались сквозь стрельчатые окна.

— Ты знаешь, что произошло? — спросила Дара.

— Конечно.

— Ты говорил, что Соня Гриффите — в самом начале списка Харри, верно?

— Да, а теперь она ни за что не захочет покинуть отель.

— Кажется, малютка пережила настоящее потрясение, узнав, что бомба была предназначена именно ей, — хмуро заметила Дара.

— Она могла быть адресована любому из нас.

— Пожалуй, это так.

Джонатан взглянул на ноты, которые держал в руке.

— Ты хотела поговорить со мной о чем-то важном?

— Ах, да! — Дара вспомнила о своих наблюдениях за Соней. Но теперь это казалось настолько глупым и незначительным… Чем бы там она ни занималась на крыше, кстати, надо еще доказать, что именно Соня была там. После бомбы в посылке это совершенно ясно. Ведь абсолютно невозможно с такой правдоподобностью разыграть обморок.

— Я просто хотела спросить, будем ли мы сегодня играть в бридж? — выпалила она.

Джонатан удивился.

— Само собой. Но мне пора, я опаздываю на репетицию.

Джонатан вышел, а Дара примостилась на широком подоконнике, вытянув ноги. На ней были узкие черные брюки, в которых она занималась в спортзале, и длинный белый свитер, перехваченный ремнем в талии. Волосы Дара стянула резинкой, но несколько непослушных прядей выбились из пучка, придавая девушке немного озорной вид. Прислонившись к стене, она с удовольствием грелась на зимнем солнце.

Должно быть, она слегка задремала, во всяком случае, ей так показалось, когда она открыла глаза. Перед ней стоял Григ. Нежность, сожаление, страсть — все это читалось на его лице, словно воскресли те далекие времена, когда они были вместе.

Дара спрыгнула на пол, жмурясь от яркого солнца. Григ и в самом деле стоял рядом, но выражение лица его уже стало холодным и безразличным. В руках он держал адресованные ей посылки, которые были грубо вскрыты и заклеены скотчем.

— Твои оставались последними.

— Спасибо, что принес. — Она взяла свертки и увидела, что они были отправлены родителями. — А как твоя Соня? — холодно спросила она.

— Уже лучше. Она выпила немного бренди и ушла к себе.