Да… можно и так. Но очень хотелось бы побыстрее. Тем более, и Теме обещано — скоро.

Что ж, нечего тут рассиживать! Хотя и тащить за собой ребенка тоже, наверное, не очень-то правильно. А куда же его девать? Оставить одного здесь или где-нибудь рядом — вряд ли это было бы безопаснее.

— Вставай, Артем, — молодой человек улыбнулся и весело подмигнул мальчишке. — Едем!

— Едем! — взобравшись в седло, радостно откликнулся Тема. — А куда, дядя Миша? Домой, да?

— Домой, — задумчиво кивнул Михаил. — Только не сразу.

Они поехали рядом — благо ширина тропы позволяла. Яркое южное солнце светило прямо в глаза, а по сторонам, в кустах, радостно щебетали птицы.

— Дядя Миша, я ведь не дурак, ты не думай, — повернув голову, тихо сказал Артем. — Все понимаю. Мы ведь ищем кого-то, да?

— Желтую юрту, — честно пояснил Ратников. — Полагаю, через нее наша дорога.

— Желтую? А разве такие бывают?

— Ну, не совсем желтую, но…

— Ой, дядя Миша! А там, впереди — море!!!

Море…

Оно открылось внезапно, выплеснулось из-за кустов пронзительной сверкающей синью, ударило по глазам отраженным солнечным блеском, шумнуло волной, оставив на черных прибрежных камнях грязно-белую пену прибоя. Море…

— Здорово как, дядя Миша! — Парнишка соскочил с лошади, разулся, побежал к воде…

— Эй, эй, не торопись, парень! — закричал ему вслед Михаил.

— Да поздно уже было, поздно — коварная волна, подкравшись, сбила мальчишку с ног, накрыла…

— Ой, здорово как! — отплевываясь, засмеялся Артем. — Только холодновато… ухх!!!

— Давай, давай, вылезай, хватит, — Ратников спрыгнул с лошади, заворчал. — Еще не хватало, чтоб кое-кто простуду подхватил или какой-нибудь там грипп.

— Грипп — он от вирусов бывает, дядь Миша.

— Зато воспаление легких — не от вирусов… Давай-ка, Темка, раздевайся да сушись… грейся на солнышке… хотя бы во-он на том камне, что за скалой. Там и ветра нет, кстати.

— Ага… Дядя Миш, а ты купаться будешь?

— Да, пожалуй, — молодой человек посмотрел в море и улыбнулся. — Раз уж с банькой не вышло — искупнусь.

— И я…

— Нет уж! Тебе хватит уже. Кому сказал — давай к камню!

Прогнав мальчика, Ратников быстро скинул одежду и решительно бросился в воду… И столь же решительно выскочил обратно — холод-то был — ухх! Все же пару раз нырнул, от грязи отскребся — и то хорошо, и то славно! Вшей да блох вывести… особую травку надо поискать, что им это купание?

Одевшись, Михаил привязал лошадей у камня, где уже загорал на солнце Артем.

— Пойду, травки поищу… от вшей.

— Ой, дядь Миша — давно пора, я уж весь исчесался! А ты хоть знаешь, какую травку-то брать?

— Поучи Машу щи варить… — Незлобиво буркнув, молодой человек направился к большому серому валуну, давненько уже присмотренному. На него и взобрался с разбега, глянул…

И с облегчением хмыкнул.

Ну, вон она, желтая юрта — метрах в двухстах, за мысом. Совсем рядом. Стоит себе и стоит, и людей вокруг что-то не видно. Неужто, ушли уже? Переправились? Так вот, сразу?

Миша обеспокоенно всмотрелся… Ага, вот лошади, привязаны к раскидистому кусту.

Вот еще дымящийся костерок, а чуть дальше — повозка. Сразу за ней — какие-то люди… отсюда не поймешь, кто — злодеи или пленники?

Ладно…

Соскочив с валуна, Ратников вернулся за лошадью.

— Что, нарвал уже травы, дядя Миша?

— Травы? А, нет ее там. В другое местечко съезжу… А ты, Артем, как услышишь чего, сразу в кусты прячься. Лошадок я во-он на том лужку стреножу — пускай попасутся, травку свежую пожуют.

— Дядь Миш… а ты долго?

— Как пойдет, Темка, как пойдет… Одежка-то как, высохла?

— Да почти уже.

— Как высохнет, сразу и одевай, да наготове будь — вдруг да срочно бежать придется.

— От кого бежать-то?

— Не от кого, а — куда.

— Ой, дядь Миша, неужто — домой скоро?

— Скоро, скоро… лежи. Я быстро.

Подумав, Ратников решил пробираться к юрте пешком — так оно выходило надежнее — и, стреножив лошадей на лугу, быстро зашагал вдоль моря. Не дойдя до становища шагов с полсотни, свернул к самшитовым зарослям, пусть и колючи, зато от чужих взглядом скрывают надежно.