– А ты кто? – спросил Игнис.

– Я-то? – Коротышка прикрыл глаза, помолчал немного, потом неохотно молвил: – Никто. Зови меня Нуллус.

– Но ведь это не твое имя? – нахмурился Игнис. – Я тебя знаю?

– Может, и знаешь, а может, и нет, – пробормотал коротышка. – Считай, что нет. Да и что такое имя? Откликаюсь, значит – имя годное. Есть и другие, но назвать не могу. Не оттого что боюсь твоей болтливости, болтливее меня еще поискать надо. Нет. Враг, который сделал со мною то, что ты видишь, очень опасен. Он и не выболтанное, а подуманное может услышать. Хотя твоя черепушка плотная, не проглядишь просто так. Все равно, пусть думает, что меня нет. Так что Нуллус, и все.

– И что же удивительному мастеру меча Нуллусу нужно от принца без королевства и его жены? – скривил губы Игнис.

– Нужно кое-что, – кивнул Нуллус, поднял голову, моргнул уродливыми, без ресниц веками. – Война скоро.

– Не сомневаюсь, – ответил кивком Игнис. – Войско собираешь?

– А чем я хуже тебя? – изобразил улыбку Нуллус. – Ну, ростом пониже, статью пожиже, а так-то? Да, знатностью не отмечен, зато прыткостью не обделен. Да, прихрамываю пока, но к весне буду в самый раз. Но войска я не собираю. Это ты собираешь. Уж пятый год бродишь по Анкиде? И не только по Анкиде? Кария, Даная, Экрон, Лигурра, Галата, Самарра, Монтанус, Рапес, Пета, Тирена, Касаду? Везде побывал? Валу и Махру, еще не пришедших в себя, и то зацепил. Даже с вожаками свеев и вентов сумел разговор завязать? И все еще жив. Вот, помогаешь местным правителям с их разбойниками разобраться? Это еще зачем? Тебе ж пора к атерским герцогствам подбираться. Или не это самое сложное?

– Ты, как я вижу, все обо мне знаешь? – помрачнел Игнис.

– А ты как хотел? – удивился Нуллус. – Если нитку по ветру тянешь, как ты ни прячь ее с глаз, слух выдаст. Ветер посвистывает на той нитке, когда вразрез идет. Ну, свистит тихо, в осторожности тебе не откажешь, но умная голова одно с другим сложит и расплетет без ошибки.

– А чем же плохо, что я с разбойником разобрался? – спросил Игнис.

– Всем плохо, – вздохнул Нуллус. – Я бы к тебе и так подошел, давно тебя тут жду, а вот городского голову ты плохо разглядел. Иевус город крепкий, если бы не особенная магия прошлой войны, и сейчас бы собственной неприступностью гордился. И народ здесь особенный. Цепкий. Под стать ханеям, только выморожен, а все вымороженное по теплу гнется, а по холоду со сталью бьется. Он же тебя зачем к Гигасу послал? Чтобы избавиться от надоедливого выскочки. Тебя ведь уже пытались убить в этих странствиях. Как раз те, к кому ты за помощью обращался, они и пытались. Сколько раз? Дважды?

– Трижды, – обронил Игнис.

– Понятно, – почесал нос Нуллус. – Значит, не только данайский и галатский правитель хотели прихлопнуть самозванца, что их дружинных смущает, но и еще кто-то? Так, сейчас прикину… Думаю, что правитель Петы решил позабавиться. Такой у него срам при дворе… Как ты выпутался-то?

– Дружина в Пете небольшая и разжиревшая, – ответил Игнис. – Теперь убавилась вдвое. Да и…

Он посмотрел на Ирис. Та чуть приметно улыбнулась.

– Да, лучница у тебя, я слышал, редкая, – протянул Нуллус. – Выручила, значит. Но судьбу-то с умом испытывать надо. Тебе лошадей голова дал?

– Дал, – кивнул Игнис.

– Хороших? – скривил в улыбке шрамы Нуллус.

– Думал, что даст хуже, – насторожился Игнис.

– Думай дальше, – развел руками Нуллус. – Отпускать он тебя не хочет. Убивать будет. Или ночью в трактире. Или на воротах. А знаешь, почему? Не из-за лошадей. Из-за Гигаса. У головы с Гигасом все было схвачено. Доля от его разбоя шла в карман головы. Доля от дохода ратуши – к Гигасу. Удобно иметь такого здоровяка. С ним весь город в руках без особой заботы держать было можно. А что теперь? Ты думаешь, война голове интересна? Да он ждет ее. У него за месяц до тебя послы Эрсет были. Или ты не заметил, что у него глазки бегали?

– Так он торгаш? – прищурился Игнис.

– Продал он свой город, – вздохнул Нуллус. – С потрохами. Считай, что он на их стороне. Я даже скажу тебе, что новые его покровители оставили здесь соглядатаев своих. И не только здесь, поверь мне. Они-то как раз и займутся теперь тобой.

– Ничего, – напрягся Игнис. – И не из таких сетей выбирались.

– А вот это и есть то самое главное, что я должен тебе сказать, – понизив голос, оглянулся, окинул полупустой трактир взглядом Нуллус. – Я, конечно, понимаю, принц, что ты бережешься, но, когда сберегаешься, не о том думаешь. Я же знаю, что тебя мучит.

– И что же? – быстро взглянул на замершую Ирис Игнис.

– Первое и главное, как бы не потерять девчонку свою, – сказал Нуллус.

– Да, – кивнул Игнис и положил ладонь на руку подруги, с лица которой словно тень сползла. – Ну так и она о том же думает.

– Заметно, – рассмеялся Нуллус. – Иначе тебя бы уже и не было давно. Второе – это сомнения. Твои сомнения в той миссии, которую ты на себя взвалил.

– Я должен делать хотя бы что-то, – стиснул зубы Игнис.

– И я преклоняюсь перед твоими стараниями, – стер с лица улыбку коротышка. – Я ведь кое-где по твоим следам проковылял. Но ты забываешь главное. То, что таится у тебя внутри!

– Ты знаешь? – прошелестел Игнис.

– Знаю, – одними губами ответил Нуллус.

– И что же теперь? – расправил плечи Игнис.

– Ты прячешь это хорошо, – сказал Нуллус. – Я знаю, но не чувствую. Но ты никогда не задумывался о том, почему это в тебе?

– Я только об этом и думал, – процедил сквозь стиснутые зубы Игнис. – Дни, месяцы, годы!

– Ну, – развел руками Нуллус, – я бы на твоем месте думал прежде всего о великом счастье, что делит с тобой дорогу. Да и ты, уверен, не забываешь о нем. О ней, конечно, что это я? Но если к тайне твоей вернуться… Ты ведь решил, что это проклятие? Я о камне, как ты понимаешь.