День постепенно перешёл в долгие летние сумерки, а Сссури продолжал идти. И пока им не попадалось никаких следов Других. Ни куполообразных ферм, ни монорельсов, ни других остатков их жизни, какие встречаются в окрестностях Хоумпорта. Местность вокруг словно всегда была дикой, предоставленной животным Астры. Дальгард размышлял об этом, живое воображение юноши подсказывало различные причины. Но вскоре от спутника пришло бессловное объяснение.

«Это пограничная местность».

— Что?

Сссури повернул голову. Круглые, почти никогда не мигающие глаза посмотрели прямо в глаза Дальгарда, словно интенсивность взгляда подчёркивала мысль.

«То, что лежит на севере, защищалось и в дни до падающего огня. Даже Другие, — искажённый символ Других сопровождался ненавистью, которая у племени Сссури не ослабла за те поколения, что миновали после бегства из рабства у прошлых хозяев Астры, — даже Другие не могли сюда проходить без специального разрешения. Город, который мы ищем, находится в таком запретном месте, а эта дикая земля — его граница».

Дальгард пошёл медленнее. Углубляться в местность, которую Другие использовали как барьер на пути к своим тайнам, очень рискованно. Первая экспедиция из Хоумпорта, высланная вскоре после посадки звёздного корабля, была обстреляна автоматическими пушками, всё ещё ожидавшими давно исчезнувшего противника. Может, эта территория тоже охраняется? Если так, им следует действовать крайне осторожно…

Сссури неожиданно свернул и двинулся не на северо-восток, а прямо на север. Кустарники, росшие у основания скал, уступили место открытым полям, невозделанным, только высокая трава на них раскачивалась на ветру. Такая местность не способна привлечь ночных бегунов, и Дальгард начал сомневаться. Им нужно найти воду, предпочтительно мелкий ручей, если они хотят найти привычное для обезьян окружение.

Через четверть часа Дальгард понял, что Сссури не ошибался. В незаметном углублении нашёлся ручей. Прыгун поднял на берегу морду, с которой капала вода, и посмотрел на путников. Дальгард поспешил установить контакт с животным. Обычное любопытство, ничего не встревожило и не возбудило зверька. Юноша не стал дольше поддерживать контакт; они зашлёпали вниз по ручью, Сссури с удовольствием шёл по воде, ему было приятно испытывать знакомое ощущение.

Водные жители разбегались от них, над головой жужжали насекомые. А в остальном они словно шли по пустыне. Ручей стал шире, всё больше в нём попадалось островков из гравия, оставленных весенним разливом; теперь у них были сухие вершины, на некоторых уже показались дерзкие зелёные побеги.

— Здесь… — Сссури остановился и воткнул древко копья в берег одного из таких островков. Он сел, скрестив ноги; так он будет терпеливо сидеть, пока не появятся те, кого он ждёт. Дальгард отошёл немного подальше от воды и тоже сел. Бегуны робки, подобраться к ним трудно. А сами они подойдут охотнее, если Сссури будет один.

Громко журчал ручей, перекрывая шелест травы на ветру. Солнце, скрывшись за утёсами, садилось в море; быстро наступала ночь. Дальгард, знавший, что видит в темноте гораздо хуже туземных жителей Астры, приготовился терпеливо ждать всю ночь, не без сожаления вспомнив лагерь на берегу.

Сумерки, затем ночь. Сколько ещё до появления бегунов? Дальгард улавливал отрывочные мысли прыгунов; большинство торопилось к своим гнёздам из глины; иногда доносилась мысль какого-то другого ночного существа. Дальгард был уверен, что однажды его сознания коснулось ощущение ненасытного голода — признак летающего дракона, хотя обычно драконы по ночам не охотятся.

Дальгард не пытался связаться с Сссури. Водяного нельзя тревожить, когда он мысленно ищет бегунов.

Разведчик лёг на спину и смотрел в небо, пытаясь разобраться во множестве впечатлений, которые посылала ему окружающая жизнь. Тогда-то он и увидел…

Огненная стрела прочертила чёрную чашу ночного неба Астры. Огонь был яркий и совершенно чуждый; Дальгард вскочил, по спине его пробежал холодок предчувствия. За все годы блужданий по лесам, за все разведочные походы, в рассказах старших в Хоумпорте — никогда он ничего подобного не видел, ни о чём таком не слышал.

И тут же он уловил изумление Сссури.

«Опасность…» — приговор водяного подкрепил его собственную тревогу.

Опасность пересекла ночное небо с востока на запад. А на западе находится то, чего они всегда боялись. Что же теперь будет?

Раф Курби, техник и пилот флиттера, лежал на мягком противоперегрузочном матраце своей койки и широко раскрытыми глазами смотрел на тусклый серый металл у себя над головой. Он пытался не слушать поток бессмысленных слов, заполнявший маленькую каюту. С самого начала, с того самого момента, как его назначили членом экипажа, Раф знал, что примет участие в игре, в чрезвычайно рискованной игре, где все шансы будут против него. РК-10 — само число на носу их корабля говорило об этом. Десять ищущих пальцев протянулись в неведомую черноту космоса. Судьба РК-3 была известна: корабль расцвёл огненным цветком в пределах орбиты Марса. А РК-7 явно вышел из-под контроля, хотя приборы Земли продолжали улавливать его передачи. Что же касается остальных — ни один из них не вернулся.