Через час погрузка была закончена. Стивен вытер платком лоб и присел на вывалившийся из стены камень. Только сейчас он полностью ощутил всю сложность предстоящей работы. Перед ним были уже не груды ящиков, а живые люди, ход мыслей и действия которых, он должен был просчитать хотя бы на день вперёд. В сложившейся ситуации время играло против него.

Тем же путём он вернулся в гостиницу. Там его уже ждали проводники с грузовиком. Увидев их, он вдруг понял, что не знает, как действовать дальше. Если сопровождать груз, то через некоторое время их заметят и неизвестно, чем это закончиться. Хотя по опыту знал, что на горных дорогах обогнать идущую впереди тебя колонну просто невозможно и под этим видом можно ехать вслед не одну сотню миль. Если ехать впереди, то можно потеряться из вида. Кроме этого у него не было уверенности, что они поедут именно в этом направлении. Оставалась ещё дорога на юг, в сторону Ирана. Но время на раздумья не было.

Они быстро собрали вещи и перенесли их в машину. Одного из проводников Стивен решил оставить в городе. Он дал ему текст телеграммы, которую тот должен был отправить в Исламабад и ждать человека, с которым они и найдут Стивена. Это был риск, но выхода не было. Оставалось надеяться на свою интуицию в подборе людей и в очередной раз на прекрасную улыбку фортуны. Он решил ехать впереди. И водитель, и проводник знали местность, что и давало некоторый шанс на успех.

Через час они стояли на развилке дорог, одна из которых вела в горы, на границу с Афганистаном. Солнце жгло так, что даже лёгкое прикосновение к металлу вызывало ожёг. Стивен сел в тени машины и стал наблюдать за дорогой. Присевший рядом водитель, сказал, что не помнит такой жары в это время года, но скоро в горах будет холодно, и спросил, почему у господина нет тёплой одежды. Стивен подумал, что здесь он действительно дал промашку.

Проводник спал в кабине, а они мирно беседовали, изредка бросая взгляды в ту сторону горизонта, откуда должна была появиться колонна. Так прошло около часа. Стоять на открытом месте стало просто тяжело. Жара вызывала сонливость и глаза стали непроизвольно смыкаться. Проезжавшие мимо водители с удивлением смотрели на одиноко стоявшую машину, вокруг которой не было видно людей. Стивен почувствовал нервную усталость. Сомнение в правильности его решения стало навязчиво появляться в мыслях. Он встал и несколько раз обошёл вокруг машины. Проводник всё также мирно посапывал в кабине. Водитель, закрыв глаза, сидел, прислонившись спиной к нагретому солнцем колесу. «Если через полчаса они не появятся, надо возвращаться в город», — подумал он и с надеждой посмотрел в очередной раз на дорогу. Вдали показались подряд несколько точек. Стивен стал всматриваться в них до рези в глазах. Спустя несколько секунд сомнения исчезли — это была колонна большегрузных машин. Он рывком открыл дверь кабины, крикнув водителю:

— Быстро, вперёд!

От неожиданности, те вздрогнули и начали вертеть головами по сторонам, ища того, кто их так напугал. Впервые за несколько дней улыбка посетила лицо Стивена.

Водитель оказался не только хорошим знатоком этих мест, но и вполне понятливым. Стивен сказал ему, что они должны ехать так, чтобы их постоянно видели люди из той колонны. Он не стал говорить об обратной заинтересованности. Это было своего рода подстраховкой. В случае чего, он всегда мог сказать, что им безопаснее было ехать в кампании с целой колонной, так как нападения на одиноких водителей здесь были не редкость. Тот кивнул головой и сказал:

— Километров через пятьдесят мы въедем в горы, а там до самой границы они нас не обгонят, — он повернулся к Стивену, и широкая улыбка застыла у него на лице. Было видно, что он воспринял его слова как поощрение к гонке с неизвестным соперником.

— А как вы определяете, где граница? Там ведь нет никаких знаков! — спросил Стивен.

— Границы в горах идут по рекам. Там не надо никаких столбов. Как можно сказать, что это моя река?… Аллах всем дал поровну только воду и воздух, а остальное люди должны были разделить сами…

Стивен посмотрел на водителя и подумал. — «Почему простой народ может так доходчиво сформулировать основные устои общества? Когда политики научатся этому?»

— Ты сказал, что часто бывал в Афганистане…

— И не только бывал… До прихода талибов я ездил до самого Кабула. Был в Кандагаре, как в родном кишлаке… Но потом стало опасно. На дорогах появилось много злых людей… Американцы сильно бомбили эти места. Говорят, что хотели убить какого-то муллу… При русских было спокойнее.

— А как сейчас на дорогах?

Водитель пожал плечами.

— Я давно не был там… А раньше…, - он повернулся назад и вытащил откуда-то из-за спины русский автомат.

Стивен улыбнулся. Ему всё больше начинал нравиться этот простой и откровенный парень.

— А где ты берёшь бензин для своей машины?

— Почти на границе есть большой кишлак. Там заправимся.

Стивен посмотрел в боковое стекло, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь пелену пыли. Водитель заметил это и сказал:

— Километров через пять будет большой поворот, и мы увидим их.

Дорога стала медленно подниматься вверх, петляя по дну небольшого ущелья, изредка пересекая небольшую речку, сверкавшую на солнце меж огромных валунов, принесённых ею откуда-то с верховий видневшихся впереди гор.

Вскоре они поднялись высоко в горы и было видно, как где-то там, внизу, словно змея, въётся по ущелью дорога, обозначая себя долго не рассеивающимися клубами пыли. Когда они уже были готовы перевалить через хребет, внизу показалась колонна. Стивен попросил водителя ехать медленнее. Он хотел убедиться, что это «они». Он пожалел, что не взял с собой бинокль, но водитель опередил его.