Марк Антакольский, «шерп» великого и могущественного Дэвида Уолтмэна, — прав. Казанцева ждет блестящая карьера. Через год он легко выиграет губернаторское кресло. Еще через год или полтора его подсадят в кресло одного из вице-премьеров федерального правительства. А поскольку Казанцев не «рыжий лис» и не продувшийся в прах на бирже «чикагский мальчик», а зарекомендовавший уже себя в конкретных делах профессионал, поскольку у него есть могущественные поводыри — никто не сможет остановить его на пути к сияющим вершинам власти и богатства.

Так зачем, спрашивается, ему рисковать своим будущим? А главное, ради кого? А ведь он едва не набил Марку рожу, когда тот эдак деловито посоветовал: «Алекс, позабавься с ней напоследок, отымей во всех мыслимых позах — передай потом нам! Никто ничего не узнает, потому что она — вне закона…»

— Знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?! — сказал он угрожающе, сближаясь с жертвой. — Не знаешь, нет?!

У Розановой, на которую он пер с красными, как у рассвирепевшего вепря, глазами, лицо вдруг приняло изумленный, пожалуй, даже крайне изумленный вид.

— Попробуй для начала сделать это со мной, — донесся из-за спины Казанцева чей-то голос. — Обернись, когда с тобой говорят, паскуда!

Казанцев медленно обернулся. И мертвенно побледнел.

— Как… Да как ты посмел сюда явиться?!

— Говорят, ты искал со мной свиданки… Я в принципе был не против, но все, знаешь, какие-то помехи были.

Бушмин остановился в шаге от банкира. Лицо морпеха было страшным. Из-за поврежденной скулы и саднящей боли в нижней челюсти Кондор кривил губы, и это было похоже на презрительную усмешку.

— А ты, банкир, знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?

Кондор ударил коротко, почти без замаха. Его ведь просили — «не насмерть!». Приходится сдерживать данное слово.

Банкир, впрочем, рухнул как подкошенный. И тут же напомнили о себе двое еще сравнительно недавно верных и преданных Казанцеву людей.

— Достаточно, Бушмин, — сумрачно сказал Бочаров. — Нам с ним еще… поговорить надо!

Бушмин, смиряя себя, шагнул к Розановой.

—Андрюша…

Она еще что-то прошептала слабым голосом и стала как-то неуклюже оседать, но он успел вовремя подставить руки.

На площадке и перед гаражом стали происходить какие-то события. Пара личностей, прибывших к зданию банка на «Форде», в шлем-масках и при «калашах», сдернули с плеч автоматы и заняли каждый свою позицию. Третий — он был виден в проеме гаража — прошел дальше, скрылся из виду, но очень скоро появился вновь, причем не один. Одновременно с этим через распахнутые настежь ворота огороженной площадки — ну прямо чудеса в рождественскую ночь! — проехала еще одна легковушка, тоже морпеховская.

— Кондор кого-то несет на руках, — поделился наблюдением Леон. — Вряд ли это Казанцев… Можешь убрать коготки, Ольга, они тебе сегодня не пригодятся!

В двух кварталах от здания АКБ «Балтийский» Технарь, сидевший за рулем штабного микроавтобуса, вежливо посигналил, затем притерся к бровке рядышком с морпеховскими легковушками.

Открылся боковой люк. Вначале внутрь салона сунул голову Рейндж, затем, спустя несколько секунд, в микроавтобус перебрались Кондор и Розанова, причем девушка уже обрела способность передвигаться самостоятельно. Еще немного постояли, пока Мок-рушин жал руки «подельщикам», хлопал их по плечам и выражал благодарность на словах. Сунули Рейнджа в «Чероки», в компанию так полюбившихся ему «байкеров». Через четверть часа уже были на «базе».

Шувалов накоротке собрал «производственное совещание», освободив от участия в нем Кондора и Розанову.

— В следующий раз, если есть какие-то «дела» в городе, извольте поставить в известность старшего, — сказал он, глядя на Мокрушина. — Отлучка без спроса — сродни дезертирству и будет караться по законам военного времени!

В следующее мгновение выражение лица командира подразделения П-ЗР заметно смягчилось.

— Рейндж, что это за «шоу» вы с приятелем на пару устроили? Я говорю о вашем побеге! Не могли сразу сказать, что у вас есть план? Неужели думаешь, что мы бы остались в стороне?

Шувалов озабоченно посмотрел на часы.

— Однако приказываю всем спать! Кондору и Розановой я выделил отдельное помещение — до обеда их не тревожить!

— А мне?! — тут же высунулся Леон. — А нам с Горгоной? Мы тоже «молодожены»!

— А ты, Леон, как «бригадир», выставь «караул». Себя, для примера, первым на «часы» выставишь… И вот еще что… Он полез пятерней в затылок. Вспомнил, но другое.

— Кто-нибудь дал себе труд обыскать Рейнджа?

Присутствующие вновь дружно пожали плечами, при этом посмеиваясь исподтишка и кивая в сторону притихшего Технаря.