Шрифт:
Она щелкнула пальцами.
— Ему это понравилось. Это даже перешло в небольшую зависимость. Для всех нас, я полагаю.
И тут она скорчила мордашку, как тогда, когда брокколи показалась ей недостаточно соленой.
— Хотя он был словно заноза в заднице, потому-то все время ошивался поблизости.
— Ты убила пожарного, — сказал Хантер, его голос был натянут.
— Я никого не убивала, — отрезала она. — Он убивал.
— Но это ты управляла пожарами, — сказал Габриэль. — Там была твоя сила, я ее чувствовал…
— О, правда? — В ее глазах, отражаясь, сверкало яркое пламя. Она улыбнулась и уничтожила огонь в своей ладони.
— Докажи это.
— Ты приведешь сюда проводников, — сказал Ник. — Они и так наблюдают за местностью, но...
— В этом-то и суть, — сказала она, и пламя вокруг нее начало расти. — Мы хотим, чтобы они пришли. Собственно, для этого я и рисовала пентаграммы на домах.
— Это ты их рисовала? — удивился Габриэль. — Но зачем тебе надо, чтобы Проводники пришли сюда?
— Чтобы мы смогли уничтожить их. — Ее взгляд задержался на Хантере. — Я полагаю, ты в курсе о двоих последних, которых мы убили. Удобный сход лавины с горы, не правда ли?
Хантер поднял пистолет.
— Давай, вперед, — сказала она. — Пристрели меня. Мы хотим войны.
Он взвел курок.
И тут вода под высоким давлением сбила их с ног и полностью залила их.
И потушила весь огонь, что пылал вокруг них.
Глава 42
Во второй раз находиться в камере было проще.
Потому что в этот раз Габриэль делил камеру с Ником и Хантером.
Они сидели у задней стенки камеры, их одежда все еще была сырой после полива из пожарных шлангов. Габриэль мерз, но он не мог попросить своего брата согреть воздух. Ник выглядел изможденным, и казалось, что стена была как нельзя кстати, потому что помогала ему хотя бы сидеть прямо.
— Ты уверен, что с Лэйни будет все в порядке? — сказал Габриэль.
Ник даже не открыл глаз.
— И в пятнадцатый раз я отвечаю: Да. Я уверен.
Ее уложили на носилки, в то время как полицейские надевали наручники на них троих. Габриэль пытался объяснить им, что Ник ни причем, но они его проигнорировали. Калла Дин исчезла.
Да и в любом случае, что бы они могли рассказать о ней?
Он взглянул на Ника.
— Держу пари, что запись об аресте поможет с выбором колледжа.
— Я запишу это в моем рекомендательном эссе в качестве опыта.
Ник посмотрел на него, и Габриэль прочитал беспокойство в его глазах.
— Как ты думаешь, что будет дальше?
— С тобой все будет в порядке. Я думаю, что это будут мои проблемы. — Габриэль пытался взвесить все, что произошло в коридоре, как Хантер направил пистолет на пожарного, хоть он и потерял его потом в воде. — Хотя я не думаю, что только мои.
Хантер сидел в паре метров от стены, мокрые волосы лезли ему в глаза. С того момента, как их арестовали, он не сказал ни слова.
— Я могу сказать, что это был я, — сказал Ник. — Мы можем поменяться.
— Нет, — ответил Габриэль. — Я знаю, что я сделал. Меня не нужно больше прикрывать. Я могу справиться.
Но он продолжал думать про Каллу Дин. Ему следовало побеспокоиться и об остальных Стихиях в городе, об ее угрозе войны, ее целенаправленных попытках привести сюда Проводников. Ему следовало бы побеспокоиться о том, что это она была тем самым поджигателем, и о том, что он никак не способен был доказать это.
Вместо этого он продолжал думать о том, что она сказала Хантеру.
Чтобы мы могли уничтожить их. Я полагаю, ты в курсе о двоих последних, которых мы убили.
Двое последних. Отец и дядя Хантера.
Он открыл рот, чтобы сказать что-нибудь, но потом вспомнил, что Хантер никогда не был его другом. По-настоящему, нет.
Габриэль закрыл рот и отвернулся.
К дверям подошел полицейский, связка ключей позвякивала в его руке.
— Хантер Гэррити?
Хантер поднялся на ноги, с покорным выражением лица.
— Да.
— Ты — на выход. Твой дед здесь, чтобы забрать тебя.
Хантер поднял брови.
— Я — куда?
— Оказалось, что пожарный, который говорил, что ты был с пистолетом, изменил свое мнение. Сказал, что он ошибся из-за дыма, ну, и поскольку мы не нашли никакого пистолета там... — Офицер сделал паузу. — Он также сказал, что ты помог вытащить дюжину ребят из библиотеки.