— Это то, что я думаю? — обожгло ледяными иголками от его тихого невзрачного голоса… Я молчала… Что я могла сказать? Как оправдаться? Как объяснить мужчине, что отвергаешь самое ценное, что у него есть — его семя?

Я застыла как кролик перед удавом… Неприкрытая слепящая ярость била наотмашь… Он медленно подошел и забрал бутылку из ослабевших пальцев… В глазах горела такая жгучая ненависть и отвращение, что мне показалось, он меня сейчас ударит, и это навсегда встанет между нами… Нет… Сдержался… Я закрыла глаза, чтобы не видеть его бешеного взгляда. Грохот разбившегося стекла… Удаляющиеся шаги…

— Постойте. Я объясню, — начала я судорожно выискивать оправдания… Ленар замер у двери, не оборачиваясь.

— Помните, как мы венчались?.. Я не знала вас, в первый раз видела… Мне про вас рассказывали много всего ужасного… Я боялась… Мы же были врагами! Помните? — мой нервный голос скатывался в истерику… Ленар помолчал…

— То есть, вы и сейчас считаете меня своим врагом? — тихо и жутко произнес он и вышел за дверь…

Я села в кресло и закрыла лицо ладонями… Мне было страшно, плохо, обидно… Чувство вины, в то же время уверенность в своей правоте, сомнения… Все разрывало на части… Может нужно было довериться мужчине? Может я зря так долго тянула и колебалась? Может это и была моя «настоящая цель» в этом мире — быть женщиной, женой, матерью? Голова пухла от мыслей… А перед глазами стояло искаженное нестерпимой болью и разочарованием лицо мужа…

В этот день Ленар так и не приехал ночевать… Я все ночь сидела с раскрытой книгой в кресле, чутко прислушиваясь к шуму на улице, пока не отключилась уже под утро… Потом, правда, муж опять стал ужинать и ночевать дома, но больше не приходил ко мне в спальню… Понятно… Обиделся… Неделю я металась, не зная, как извиниться, как вернуть то тепло и доверие, что было раньше… Если я обращалась к нему за ужином, меня обжигали ледяным взглядом и холодным отпором. Вопросы игнорировал или отвечал так скупо и бесстрастно, что спрашивать ничего более не хотелось… Он ждал… Извинений?… Я не умела извиняться… По крайней мере раньше…

В итоге я решила сделать единственную вещь, против которой у него не было ни единого шанса. Я знала, как Ленар меня хочет. Он не мог скрыть от меня горящих желанием глаз… Я одела, подаренный мне на семнадцатилетие Ортензией комплект из магических кружев. Замоталась в несколько прозрачных шарфов, накинула сверху плащ (чтобы слуги не испугались, если случайно встретят в коридоре) и пошла в библиотеку… Танцевать я любила и умела это делать… Бесчисленные дискотеки в студенческие годы, стриптиз-клубы, куда мы ходили как с девчонками, так и вместе с Сашей, если и не научили меня профессионально танцевать стриптиз, то по-крайней мере показали основные движения…

Молча, сосредоточенно зашла в комнату. Ленар сидел за письменным столом и что-то быстро писал… Удивленный взгляд исподлобья несколько изменился, когда я заперла дверь и сбросила плащ на пол… Я больше не смотрела на мужа, иначе растеряюсь, и все насмарку. Я сконцентрировалась на будущем танце… Сначала нажала на грани записанного на балу кристалла с любимой музыкой (десять минут должно хватить… больше, увы, танцевать не смогу), потому решительно взяла стул и поставила посреди комнаты… Надеюсь, все получиться…

Плавно покачивая бедрами, разворот, прогиб… Ладонями погладила шею, провела по краю груди, талии. Как это часто бывает в танце, рано или поздно я увлеклась и отрешилась от всего. Только музыка и тяжелое дыхание мужчины, сидящего за столом… Первый шарф улетел в угол, приоткрылся кусочек изысканного белья. Судорожный вздох. Я улыбнулась про себя. Действует… Второй шарф стелиться по телу, оплетает бедра, медленно сползает между ногами, и так же падает на пол. Теперь я только в коротеньком корсете и панталончиках. Кожа мерцает в свете магических светильников. Полуприкрытые глаза, закушенная губа. Резким движением головы я откидываю назад волну распущенных волос. Сажусь на стул, широко раздвигая ноги… Мои ладони сжимают грудь, приподнимая ее. Пальцы начинают медленно распускать шнуровку… Это скрежет зубов?… Почти победа! Я оставила корсет полуспущенным, грудь была чуть прикрыта, еще не обнажена… Я помню из уроков прошлой жизни, что больше всего возбуждает не голое тело, а полуобнаженное, а я собираюсь довести мужа до невменяемого состояния… И это мне почти удалось. Те хрипы, которые доносятся со стороны стола, уже не похожи на дыхание. Это агония. Я по-прежнему не смотрю на Ленара… Я сама уже едва держу себя в руках… Моя рука ползет по бедру. Как приятно, оказывается, себя ласкать, особенно если представить, что это его руки… Я со стоном откидываюсь на спинку стула, а пальчики начинают расстегивать застежку панталон. Я всей поверхностью кожи чувствую желание мужчины, его жар, его нетерпение, ожидание. На мгновение бросила в сторону мужа взгляд из-под ресниц… Все! Я пропала! Белые, вцепившиеся в крышку стола пальцы. Искаженное лицо. Горящие безумным светом глаза… Я сама больше не могу… Оставалось еще минута мелодии и я двинулась к его столу. Одним жестом сдвигаю на край бумаги, спиной сажусь на столешницу и плавным движением разворачиваюсь в его сторону, широко раздвигая ноги по обе стороны от его кресла. Опираюсь руками сзади на стол, приподнимая грудь, пристально, вызывающе и развратно смотрю ему в глаза, предлагая себя… Тело бьет крупная дрожь. Музыка закончилась, а вместе с ней и видимость его невозмутимости. Ленар резко встает, пару секунд, и я вздрагиваю от резкого, глубокого, почти болезненного проникновения. И почти сразу меня накрывает такая сильная разрядка, что я кричу его имя, вцепившись мертвой хваткой в плечи.

Корсет мне оставили, а от панталончиков осталось одно воспоминание… Оказывается шкура перед камином мягкая и удобная. И спать на ней тоже можно, особенно когда тебя заключают в крепкие теплые объятия, оплетают руками и ногами и горячо дышат в ухо… Мы провалились в сон, когда уже небо над городом начало светлеть, измученные, уставшие и бесконечно счастливые…

Извинения удались на славу. Ленар сказал за завтраком, что если я еще в чем то виновата, даже в самой незначительной провинности, то он не против еще раз меня простить… А улыбка была такая хитрая и заразительная. Почему я раньше никогда не замечала, как он улыбается? Это же безотказное смертоносное оружие, бьющее наповал…

«Ну вот, стоило только перестать пить настойку и я попала точно в яблочко… Точнее попал муж», — вздохнула я… Когда через несколько недель не пришли регулярные очистительные дни, я на секунду испугалась… Но потом… Я уже полностью доверяла своей судьбе. Той дороге, которая привела меня сюда. В этот мир, к этому мужчине… Значит так тому и быть…

Старичок маг, лечивший мужа, меттер Тадер, подтвердил мои предположения… Пару раз он приходил к нам в особняк после покушения, чтобы приструнить Ленара и посмотреть ногу… А потом, неожиданно для себя стал у нас довольно частым гостем. Иногда приезжал на ужин, иногда поиграть в стоун-кро (что-то типа шахмат)… Меттер раньше был одним из личных врачей королевской семьи и пользовался известностью и уважением в столице… А у нас ему нравилось. Он часто говорил, когда мы сидели втроем за ужином, что от такого светлого чистого чувства, единства душ и мыслей, какое он видит между нами, ему становится теплее на душе, и он эгоистически пользуется своим положением, впитывая эти эмоции, как живительную влагу.