Шрифт:
Наталья
Бог не оставит нас.Захарьевна
Сюда. Наташа! Скорей!.. скорей...Наталья
Прости!Морозов
Прости, мой свет! Молися, чтоб Господь благополучно Судьбу нашу решил... Прости еще!(Скрывается за кустами.)
Наталья
(подходя к мамке)
Как жаль его, голубчика, мне стало!..Захарьевна
(отворяя калитку, показывает рукою, чтобы молчала)
Ах, батюшки! как муха привязалась! Скажи, вишь, ей; да что за Божия коровка? Да почему коровкою зовут? Спроси, кто поумней да в книги смотрит.(Уходят.)
Гридня в доме князя Жемчужного. С одной стороны изразцовая печь с узорными украшениями, с другой стол, покрытый скатертью; кругом стола скамьи, с суконными полавочниками. Утро.
Князь Жемчужный и дьяк Подседина входят вместе; князь запирает дверь задвижкою.
Дьяк Подседина
(стряхивая пыль с платья)
Во-первых, праха отрясение; во-вторых, честной маковке дома, хозяину, поздравление (кланяется низко).
Князь Жемчужный
Спасибо, господин дьяк! спасибо моему милостивому! Сядем-ка и посмотрим, исправно ли ты смастерил подпись.
Дьяк Подседина
Если бы Морозов встал из домовища, побожился бы, что сам подписал духовную запись. Да... на всякий случай... ты ведаешь сам: дельце смастери, и возьми благодарение за труды, а все-таки дележку припаси... печатнику, наместнику... Ведь эта лестница идет высоко! Нынче уж времена такие: живем по притче евангельской: «Друг друга тяготы носи».
Князь Жемчужный
И ведомо так, господине!
Дьяк Подседина
Бывает, и подлинно сам покойник своеручно расписался, а живые спорят: рука, дескать, не его!.. Так на всякий случай, надо эту ручку позолотить из кладовой покойника: тогда живые и мертвые присягу дадут.
Князь Жемчужный
Любые стопы возьми. Только все ли так расписал как говорено? И дом каменный с кладовыми, и что в кладовых найдется, и пятьдесят дворов крестьянских за незаконное владение дедом и отцом...
Дьяк Подседина
Еще на похороны сто рублев, на помин души двести, вкладу в Печоры десять рублев, долгу за освобождение из плену татарского сто угорских золотых... все, все до последней пулы! Обещал да уговорился, так надо и грех знать. Ох, ох! не для одного мира сего живем!.. Вот, станется, молодой дьяк из опричины оставил бы пробел, а мы ведь земщина, не средние, а старые, да еще были дьяками у Елены Глинской, когда Василий Иванович... мир ему в селениях небесных!.. Под нашу работку иголочки не подпустишь!
Князь Жемчужный
Так покажи, милостивец. (Дьяк вынимает из выдолбленного деревца лист бумаги, развертывает его и показывает князю, не выпуская из рук. Князь пробегает бумагу из-за руки его.) Ничего не пропущено... А подпись... я сам бы побожился, что рука Морозова! Так теперь, пожалуй мне...
Дьяк Подседина
Оно так; да надо бережно, господине, надевши рукавички: не замарать бы подписи. Не взыщи.
Князь Жемчужный
Понимаю, понимаю. (Вынимает из-за пазухи кису с деньгами и дает ему.) Уговорное. Теперь можно?
Дьяк Подседина
Благословясь, возьми. (Отдает бумагу и берет кису.) Что у тебя, голубчика, так руки-то трясутся?.. Видно, не привычен. На наше б дело не годился. И то примолвить, покойник был тебе задушевный.
Князь Жемчужный
Беру только свое назад. Ведь ты же сам писал: дед Морозова завладел у моего деда десять дворов.