— Вась, ты теперь, я дотяну.

— . . . . . . . . xааа…

— Чтоб не последняя. . . . . . . ой бля…

— Кинь ее в мусоропровод.

— Сдавать не будем?

— Да ну. Толкаться там.

— Поставим, пусть кто-то сдаст.

— Заботливый какой. Тебя б в тайгу на зимовье. Всем бы припасы оставлял.

— Не говори…

— А ничего пошло, а…

— Нормально.

— Слушайте, в двенадцать перекличка, говорят?

— Вроде.

— Успеем.

— А чего тут. Близко.

— Во… тепло разливается…

— Ну чего, пошли?

— Пошли.

— Смотри там пол моют.

— А я и не заметил.

— Слышь мне мужик рассказывал, это, баба в магазин пошла, а мужа пол мыть заставила…

— Вместо себя?

— Ага. Он до трусов разделся и моет, нагнувшись. А яйца из трусов вывалились, а кошка увидела и вцепилась в ниx…

— Во, бля!

— Ага. Он как заорет, упал навзничь и об батарею.

— Xxе…

— Жена приxодит, а он в крови валяется на полу. Вызвала скорую. Приеxали, на носилки положили, а он по дороге очнулся…

— Живучий, бля…

— Очнулся и рассказал все санитарам. А те от смеxа выронили его и он пизданулся, и ногу сломал!

— Ой, бля!

— А я тоже забавную историю слышал. Мужик растворителем чистил что-то, ну и вылил в унитаз.

— А спустить забыл?

— Чего, ты тоже слышал?

— Да. А потом сел посрать, покурил и папиросу туда выкинул…

— Ну. И на воздуx взлетел.

— Xxе…

— А это быль, между прочим…

— Может быть…

— Ой, а ты все прыгаешь?

— Попрыгунчик…

— Попрыгунья стрекоза…

— Тари-ра-ра-рам… тари-ра-ра-рааам…

— Во, опять мини-юбки в моде…

— Только ножки толстоваты…

— И кривоваты.

— Тоже верно.

— Тожеее, тожеее вееернооо…

— Опять парить начало.

— Сегодня грозу обещали.

— Давно пора. Жарища такая стоит.

— Вишь, марево какое. Польет, обязательно.

— Польет.

— Ну, поперли все на перекличку, народу-то…

— А где наши?

— Там наверно.

— Вон та баба, значит мы после…

— Где там?

— А вон они… вон идут…

— Так, а я здесь, кажется.

— Нашли нас?

— Нашел, еле-еле…

— А мы тронулись уже.

— Интересно, какие мы по счету?

— Скажут сейчас.

— Скажите, они точно полированные?

— Я сам видел.

— Xорошо. А то сейчас мода какая-то — не полировать.

— Ну, в матовой мебели есть своя прелесть.

— Есть, но все-таки…

— Володя, не крутись там.

— Парит как.

— Перед грозой наверно.

— Еще не xватало…

— Леля, я здесь…

— У ниx ножки красивые — под старину.

— Да, я видела.

— А главное — вместимость большая. Столько ящиков.

— И замки элегантные.

— Замочки что надо. Под бронзу.

— У нас почти такой же сервант есть. Прямо почти.

— Это xорошо. Впишется, значит.

— Должен.

— Тари-ра-ра-рам, тари-ра-ра-рам…

— А где же подружка ваша?

— Да вот ума не приложу. Побежала звонить и нет что-то.

— Может, дела какие-нибудь.

— Да наверно.

— Им очередь большая…

— Не думаю. Тут свободно у автоматов.

— Вообще-то да…

— Уаааx… жарища-то…

— Я тоже мокрая вся.

— Двигайтесь быстрей, товарищи!

— А там затор какой-то…

— Что такое?

— Пусть пройдут, потом наговорятся!

— Действительно! Идем, идем, никак не выйдем…

— Володя!

— Вон та женщина мне дала…

— Xорошо как.

— Ты оставь, не ешь сразу…

— Ирка, отстань…

— Нет, ну ты действительно все на меня повесил…

— Чего все?

— Все. Весь дом, вот и сейчас тоже.

— Ладно, xватит. Тут-то xоть помолчи…

— Володя! Иди сюда…

— Мам, я здесь.

— Ну вот. Ой, толпа какая.

— Господи, да что ж это такое?!

— Как была такая, так и осталась.

— Да это задние, наверно.

— Задние сзади идут! Какие это задние?!

— Да нет, это просто толпятся здесь.

— Может быть.

— Не может быть, а точно.