Вот оно как. Этот маг не так прост, как выглядит. Прислужников у него много, они будут меняться до бесконечности, пока я не потеряю силы. А сам он даже не вспотеет.

"Понижение магии, - командует внутренний бог.
– Врежь им, парень!"

Молодец, невидимка. Как удачно, что вы все тут собрались, такой тесной компанией. У каждого мага есть уязвимая точка - его магия. Без неё он, как без рук.

Отбиваю очередную атаку, выхватываю из мешка горсть эльфийской пыльцы, раскрываю ладонь, и выкрикиваю заклинание.

Ветер тут же подхватывает пыльцу, развеивает по площади. Раздаётся дружный чих. И такой же дружный стон прокатывается над головами людей. Все маги, кто тут есть, получили снижение уровня - почти фатальное. Это ненадолго, но мне хватит.

Герцог Урбино тревожно морщит гладкий лоб, но Верховный маг успокаивающе поводит руками. Выступает вперёд, отодвигает с пути помощников в белых одеждах. Его уровень остался... да он почти не понизился. Видно, и впрямь этот парень - любимец Чёрной богини.

Негромкое заклинание, простое движение рук, и подо мной проваливается земля. Если бы не моя быстрая реакция дикого эльфа, я бы провалился по самую шею. Таблички перед глазами меняются с невероятной скоростью. Они выпрыгивают в углу зрения, пропадают, вспыхивают. Одна, мигая красным, повисает поверх остальных: "Всем игрокам! Опасность! Опасность!.."

Не успеваю прочесть, как поверх этой таблички выпрыгивает другая: "Новое задание. Спасение государства Урбино. Награда - спасение государства Урбино. Награда - не определена..." Что за чёрт. Бессмыслица.

Земля под ногами вздрагивает и замирает. Верховный маг окутывается мерцающим облаком, худые пальцы шевелятся в сложном жесте. По площади прокатывается испуганный крик. Толпа качается, отступает назад.

Алтарный камень исчезает. На его месте вырастает фигура огромного каменного человека. Угловатые валуны, ничем не скреплённые - между ними можно просунуть руку - громоздятся вверх, лепят человека высотой с дерево. Каменный великан покачивается, неуклюже шагает ко мне, взмахивает рукой. Бац! Из мостовой летят осколки, и там, где я только что стоял, образуется здоровенная вмятина. Бац, бац! Ладно, получай, каменюка.

Огонь, и сразу - лёд. Великан раскаляется докрасна, его окутывает облако свистящего пара. Оглушительный треск, грохот - и каменный истукан взрывается, разлетается на тысячу осколков.

Верховный маг шевелит губами, в грохоте взрыва и крике толпы с трудом разбираю, что он говорит:

– -Изыди, исчадие тьмы, порождение бездны.

Мерцающая дымка вокруг него внезапно густеет, наливается синевой, падает ему на плечи. Теперь это мантия, будто сотканная из ночного неба, с искрами звёзд. Верховный маг одним движением срывает мантию с плеч, неуловимо быстро раскручивает и бросает в меня.

Тёмная, как ночь, материя взлетает в воздух и разворачивается. На мгновение повисает, и плавно опускается, преображаясь на лету. Мантия раскрывает крылья, вытягивает шею, выпускает когти... и вот уже сверху на меня пикирует, разинув зубастую пасть, иссиня-чёрный дракон.

Один удар сумрачного крыла - и плечо пронзает болью. Рука немеет, будто чужая. Бросаю наугад пару заклинаний - одно за другим, как гранаты - не помогает. Тварь, сотканная из мрака, спокойно пропускает сквозь себя огонь и лёд. Ай да Верховный маг, видно, сам не прочь побаловаться с тварями из бездны. С кем поведёшься...

Мой внутренний бог хмыкает. Если бы я не был так занят, удивился бы странному эху в черепе при каждом звуке его голоса, и чувству, что голова вот-вот треснет по швам, как перезрелый плод. "Порождение бездны...
– с весёлой злостью рычит мой бог, и вдруг запевает оперным тенором, так что у меня едва не разлетается черепушка: - О, баядера, о, прекрасный цветок!"

Вспыхивает перед глазами картинка на старом пергаменте - листок из книги на древнем языке. Простые грубые слова, архаичный слог, на котором теперь говорят только трухлявые вывески и драконы. Давно утратившие первоначальный смысл, ставшие набором невнятных слов, бессмысленными проклятьями. Бог весть, почему в моих руках они обрели первоначальную силу. Не время рассуждать.

Выкрикиваю слова, что висят передо мной, выжженные на пергаменте. Картинка с нарисованной тварью вспыхивает призрачным огнём, и дракон надо мной, уже изготовившийся к атаке, тоже корчится вместе с ней. "Легче, легче, парень, - весело командует мой внутренний голос.
– Нежнее".

Повинуясь слову заклятия, сумрачная тварь трепещет, складывает крылья и падает возле моих ног. Загнутые когти вонзаются в камни разрушенного алтаря, разинутая пасть нежно шипит, выпускает клубы чёрного тумана. Красные глаза размером с блюдце блестят, когда сотканный из мрака дракон смотрит мне в лицо.