– Это потому что он лыбится, так словно под саваном у него лежит тайская проститутка и делает ему то единственное, что они действительно умеют хорошо делать, - осуждающе фыркнул Марат.

– Ага, и еще, оттого что у него внутри лежит дури на десять зеленых лимонов, - шепотом добавил Сева и тяжело вздохнув, поправил галстук покойнику.
– Старый, козел! Твое счастье, что ты уже помер! А то, я бы тебя точно убил!

После этого напарников отнесло людским потоком в сторону от гроба с вожделенным телом.

Тем временем, идущие впереди траурной процессии студенты, выстилали цветами асфальт вплоть до самого входа в корпус анатомички. После этого произошла небольшая заминка. Никак не хотела открываться вторая створка тяжелой старинной двери. Наконец она распахнулась и в широко открытую парадную дверь анатомического корпуса занесли гроб с телом профессора.

Внутри их уже встречала Светлана Сергеевна Мезенцева. На правах хозяйки она провела носильщиков вдоль коридора и велела им занести гроб в морг. Над его дверью была привинчена старинная потускневшая табличка, гласящая на латыни - "Здесь царствует смерть, во имя жизни".

Внутри морга жуткую деревянную коробку поставили прямо на бетонный секционный стол.

– Я полагаю, наши услуги больше не потребуются?
– тактично кашлянув в кулак, поинтересовался старший из похоронной команды.

– Нет, благодарю вас, - ответила Светлана Сергеевна.

Когда рабочие вышли из помещения морга, она задумчиво постояла прислушиваясь. Убедившись, что рабочие ушли, Светлана, неожиданно для себя, погладила полированную крышку гроба и грустно улыбнулась.

– 7 -

Толян первым заметил, что в пузатом боку золотого "казана" начало образовываться загадочное отверстие. Это явление сопровождалось едва слышным низким гудением, так словно внутри гигантского яйца работал какой-то двигатель или механизм.

Лишившийся дара речи, бригадир стоял, опустив руки, не в силах отвести взгляд от пугающей метаморфозы, происходящей с "казаном". К этому времени, отверстие уже достигло размеров канализационного люка, но диафрагма по краям все еще продолжала разъезжаться в стороны.

В этом движении не было угрожающей быстроты. Но и нельзя было сказать, чтобы черное круглое отверстие увеличивалось слишком медленно. Оно просто росло, неспешно увеличиваясь в размерах. И было в этом что-то естественное и обыденное, так словно это происходило уже сотни и тысячи раз. Вот это-то и напугало Толяна, буквально до кровавого поноса.

Между тем, Юрок продолжал наскакивать на Травленка, время от времени взбрыкивая ногами в тщетной надежде достать своего обидчика. Драчуны были настолько увлечены потасовкой, что ничего не слышали и не видели вокруг себя.

Толяну пришлось сделать над собой поистине героическое усилие, прежде чем ему удалось окончательно стряхнуть с себя наваждение. В противном случае, он бы так и остался стоять, тупо уставившись на "казан" и наблюдая, как в нем открывается отверстие.

Окончательно придя в себя, он гаркнул на драчунов:

– А ну уймитесь, недоумки!

Как ни странно, но этот окрик возымел свое действие, и драка прекратилась, как по мановению волшебной палочки. Теперь оба горе-бойца стояли, широко раскрыв рты и вытаращив глаза, смотрели туда же куда и их бригадир.

– Слышь, Толян, что это за хрень творится с нашим казаном?
– подал голос Травленок.
– Башку даю на отсечение - не было в нем никаких дырок, когда мы сюда спустились!

– Почем я знаю, что с ним такое?
– хрипло отозвался бригадир.
– Одно могу сказать совершенно точно - не нравится мне все это!

– Еще не хватает, чтобы из этого яйца динозаврик вылупился, - поддержал его Юрок.
– С большущими, острыми зубами и вдобавок жутко голодный.

– Может, а ну его, совсем? В смысле - тьфу на него! И делаем ноги, пока не поздно?
– проявил тонкое понимание момента Травленок, которого мелко трясло от страха.

Неожиданно мерное гудение внутри казана стихло, и где-то в его глубине вспыхнул тусклый фиолетовый свет. Трое рабочих, словно норовистые кони, испуганно шарахнулись в сторону от пузатой посудины. Одновременно с этим, внутри "казана" что-то тяжело заворочалось и троицу обдало волной тошнотворной вони. Запах был настолько ядреный, что Травленок закашлялся, а Юрок с Толяном заткнули носы пальцами.

– Валим отсюда!
– с явственной ноткой истерики в голосе прогундосил Толян.
– Выберемся из ямы и с безопасного расстояния поглядим, что будет дальше!