Я посмотрел на девицу – может, шутит? Нет, на лице - ни тени кокетства. Надо же! А я-то рассчитывал на какую-нибудь Танитриэль, или на худой конец, Мирабеллу. Хотя, какая разница? Хоть Фёкла. Лишь бы человек был хороший.

Наверное, девушка что-то такое прочла на моём лице, потому что решила ответить. Хотя я её и не спрашивал.

– Сама выбрала, - сказала она. – Звучит устрашающе, поэтому и понравилось. А потом привыкла.

– Генгема, - медленно повторил я. – Красивое имя, – здесь я немного приврал. Мне не жалко, а девушке приятно. – Только…

– Что? – призрак насторожился.

– Это полное имя, а как покороче? Ну, чтобы в общении было удобней, - я пытался объяснить своё желание переименовать свою спасительницу. – Например, Григорий – Гриша. Или Васиссуарий – Вася.

– Ты ещё Даздраперму вспомни, - раздалось из кармана.

Я думаю - у меня зеркало-девочка. Ну не может оно долго молчать!

– Если сейчас же не умолкнешь - заморю голодом! – прошипел я стеклянному шутнику.

Тот затих. Я снова повернулся к девице.

– Можешь звать меня Гема, - просто сказала она. – А тебя как зовут?

А, действительно, как? Там в реальном мире с моей метрикой было всё в порядке. А тут? Тут полагаются другие, вымышленные имена. Своего я не знал.

– У тебя ник есть?
– поторопила меня девушка.

Я растерянно пожал плечами. Зеркальце издало переливчатый звук. Наверное, требовало аудиенции. Я достал гладкий квадрат из брюк. Ровная поверхность пошла волнами, затем на ней появилась надпись: “Светозар”. На время я потерял дар речи. Вот это имечко! Как у племенного жеребца!

– Ты что, специально? – я разозлился по-настоящему.

– Я тут не при чём! – оправдывалось зеркальце.
– Ты появился здесь уже с этим именем.

Я нахмурился - стекло составило список однокоренных слов и вывело всю эту колонку на дисплей: “Светоч, отсвет, светлица…” Я смотрел на безумное количество существительных, и ни одно мне не нравилось. В смысле, в качестве обозначения меня, как игровой единицы. Быть каким-нибудь “светодиодом” или “светопломбой” мне решительно не хотелось.

Внезапно мой взгляд зацепился за короткое слово “Свен”. Как оно попало в компанию “светляков” и “просветов” было не ясно. Зато я уже точно знал, под каким именем меня запомнит этот мир. Наверное, внезапное озарение каким-то образом отразилось на моём лице, потому что призрак замер в ожидании окончательного вердикта.

– Свен! – я поставил точку в лихорадочных поисках подходящего прозвища. - Зови меня Свен!

Ну, слава богу, разобрались.

– Ладно, пошли,– призрак девушки колыхнулся.

С моей новой знакомой я готов был топать куда угодно. На это имелось сразу несколько причин. Во-первых, кроме неё и зеркальца я тут никого не знал. Во-вторых, она могла пролить свет на некоторые особенности местного мироустройства. К тому же воительница проявила себя, как надёжный товарищ и верный соратник. Да и вообще, положа руку на сердце должен сказать, что мне нравилось с ней общаться. Просто так, без повода и предлога. К тому же, мне, по большому счёту, было всё равно, куда направляться.

– Куда двинем? – я спросил это даже не из любопытства, а просто так, чтобы заявить о своих намерениях. В смысле – я согласен идти с вами, куда скажете.

– В Гамбир, - ответил призрак.

Наверное, на моём лице отразилось непонимание. Надо сказать, это моя обычная реакция на неологизмы.

– Это город, - пояснила амазонка, - столица Фанвердена.

Всё, я окончательно запутался. Если всё вокруг – это Фарвенден, то что тогда Драм? Автономная область или национальный округ? Или это снова какой-нибудь сленг? Из дебрей административного-территориального устройства незнакомой местности меня вывело зеркальце. Я почувствовал активность в кармане и вынул гладкий артефакт наружу. Тот с готовностью набросал на себе рисунок, похожий на карту Европы. Множество небольших областей были отделены друг от друга бледными линиями. Это были границы, носившие, скорее всего, условный характер. У каждого района имелось название, подписанное в его верхней части. Кроме того, там были символы, напоминающие растения и животных.

В боковой части экрана располагался ряд иконок. Назначения некоторых я уже знал. Например, изображение молоточка и пары монеток обозначало “Аукцион”. Ниже находился кружочек с компасом. Я приблизил к нему палец – зеркальце не протестовало. Значит можно. Ткнул пальцем в прибор со стрелками – на экране возникла надпись “Маршрут”.

 Рядом располагался пустой прямоугольник со знакомым символом. Ага, поиск. Я вызвал из недр зеркальца клавиатуру и набрал слово “Гамбир”. Масштаб карты уменьшился, в левом нижнем углу запульсировала красная точка. Я нажал на моргающий значок пальцем – от локации, где мы находились, до столицы протянулся извилистый пунктир. По всей видимости, маршрут. Да, неблизко! Линия пронизывала десятка полтора местечек с замысловатыми названиями.