Шрифт:
- Что такое К-7? – Спросил меня директор.
- Вам лучше знать. – Я не мог сдержать улыбки, довольствуясь происходящим: мне нравится осознавать, что Оилни чувствует себя хозяином ситуации, которую я могу разрешить, как мне захочется. – Вы несколько переменились в лице, услышав это.
- Что такое К-7? – Повторил он вопрос так, будто бы я мог не услышать его в первый раз, находясь в этом закрытом помещении.
- Вы мне скажите.
Оилни сощурился, разгадывая моё выражение лица, и по тому, как морщины вокруг его глаз стали меньше, я догадался, что он решил, будто я ничего не знаю о проекте. Пусть пока будет так.
- Что ж, этой информацией вы не располагаете. А теперь о деле…
- Нет никаких записей или заметок о моих исследованиях генома. – Тут же ответил я, из-за чего вся та небольшая речь Оилни вылетела у него из головы. – Вся информация содержится исключительно в моей памяти.
- Это неразумно. – Директор усмехнулся. – Получить сведения можно из любого источника.
- Вам не запугать меня болью, мистер Тенчерс.
- Должно быть, вы никогда не испытывали настоящую боль, мистер Келори. Ваш блеф об отсутствии каких-либо записей до смешного прост. Вы не умеете лгать. Записи существуют, а если и нет, достаточно вашей сегодняшней речи. Там вдоволь информации и людям, которые продолжать работать над вашим проектом, будет предоставлено достаточно материала для старта.
- И тогда священная компания В.И.М. станет целителем, который за бешенные деньги вылечит только самых обеспеченных граждан Дории, а прочие будут вынуждены поколениями работать на то, чтобы получить лекарство. Сегодня я устроил всё это представление как раз для того, чтобы этого не допустить. Теперь о существовании лекарства узнают очень многие.
- Здесь были только специалисты, мистер Келори, никаких журналистов…
- Последние опытные специалисты Дории, достаточно квалифицированные, чтобы работать над этим проектом, но никто из них не сможет его возглавить – только я.
- Вы та считаете? – Оилни присел на край стола и улыбнулся. – Слишком самонадеянно.
- В Дории недостаточный уровень образования для разработки подобной программы.
- А у вас откуда такие знания?
- Я учился не в Дории. – Максимально спокойным тоном ответил я. – И пока вы думаете, чтобы ещё мне сказать, позвольте я прерву поток ваших мыслей, и мы с вами вернёмся к разговору о К-7.
Директор заморгал, не успевая переключиться от одного моего высказывания к другому. Он бледнел на глазах, но вооруженный мужчины за моей спиной пока ещё не делали резких движений.
- Ответьте мне на один вопрос: для чего был создан проект «триэль»?
После этого Оилни может ещё и сомневался, что я один из тех детей: в современности мужчина и в сорок может выглядеть на двадцать семь лет, но в том, что мне известно о проекте уже нет никаких сомнений.
Я не ожидал выстрела именно в этот момент. Людям Оилни было достаточно одного его особенного взгляда, чтобы направить оружие мне в затылок и без колебаний нажать на курок. Это его компания, здание принадлежит ему. Если понадобится, они сожгут всё крыло, чтобы замести следы, а про Сайлекса Келори никто и не спросит: его удалят из базы так же легко, как добавили туда.
Когда я услышал щелчок, секунда для меня превратилась в вечность, а если секунда равна вечности, то любые доли, на которые она делится, становятся много длиннее.
Это оружие – настоящее, а не та игрушка, из которой в меня стрелял Дерек. Та пуля была лёгкой, её скорость – совсем не такой высокой, как эта. Не попытайся я остановиться собственные внутренние часы, эта пуля уже пробила бы мне череп.
Я развернулся и увидел лицо мужчины, выстрелившего в меня. Судя по его взгляду, это действие никак не пошатнуло и даже не потревожило его. Босс приказал, пусть и безмолвно, и он выполнил. Глупо будет направить его пулю в него же, ситуация станет слишком сложной для следствия, а вот в его напарника…
Я улыбнулся, и снова повернулся к мистеру Тенчерсу.
Второй детина упал замертво, из раны между глаз текла кровь. Оилни ошарашенно смотрел на труп своего телохранителя и какое-то время не мог выдавить из себя и слова, но шок быстро прошел. Он махнул рукой второму, всё ещё державшему пистолет в руках, и руки у него тряслись, и велел ему выметаться из кабинета.
- К-7. – Едва ли не прошептал Оилни, глядя на меня. Его ничуть не беспокоил факт смерти его телохранителя, его беспокоил я, и это замечательно. – Я и подумать не смел, что ты выжил. Надо же… - Он не сводил с меня взгляда, равно как и я с него. В этих гляделках не было ничего агрессивного, просто мистер Тенчес был удивлен до глубины души, а я жаждал вернуться к интересующему меня разговору и терпеливо ждал, когда Оилни отойдёт от шока. – Самый перспективный образец всего эксперимента. И ты выжил!
Конечно выжил, ведь это я взорвал лабораторию.
- В чем состояла цель эксперимента? – Снова я повторил этот вопрос.
- В получении образца с твоим типом силы и твоими характеристиками. Разум, способный подавлять волны барьера. Ты ведь можешь это, не так ли?
- Да. – Хотя, честно признаюсь, мне не верится, что цель была именно в этом. Неужели правительство Дории наконец поняло, к чему ведет продолжение существования барьера? Замечательно, если так.
- Так отключи его, К-7. – Мне нравится то, как дрожит голос Оилни.