Шрифт:
– Кто придет? – дурашливо ужаснулся Левин. – Другие собаки?!
– И они тоже, – огрызнулась Дина.
– Кстати, как зовут вашего пса?
Застигнутая врасплох, Дина судорожно пыталась придумать имя, но ни одна собачья кличка не шла ей на ум.
– М…м…му… – позорно промычала она.
– Так вот, имейте в виду, я пожалуюсь комиссии из приюта, что вы даже имя не удосужились дать собаке! Что вы завели ее исключительно для того, чтобы досадить мне! Что собака сидит дома одна и с ней никто не гуляет! Что из еды у нее только жидкая каша! – Левин, чувствуя за собой победу, развернулся, прошел на кухню и включил свет. – И знайте, вашего крокодила зовут Пантагрюэль!
– Сам ты… – чувствуя слезы у горла, прошептала Дина.
На кухне было что-то не так.
Что-то абсолютно не так, но разгоряченный дурацкой, бессмысленной перепалкой Левин никак не мог понять – что. А когда понял, сердце скатилось вниз и заколотилось где-то в районе больших пальцев ног.
Синих ирисов в вазе не было.
Охапка цветов пропала, и без нее на кухне стало серо, уныло и пусто.
Но главное не это.
Ваза стояла не на подоконнике, где оставлял ее Левин, а на столе, и вода в вазе была…
Левин протер глаза, но ничего не изменилось.
Вода в вазе была кроваво-красного цвета.
– Эй, что за дурацкие шутки? – крикнул Левин, не двигаясь с места.
Дина зашла на кухню. Судя по выражению ее лица, она собиралась сказать какую-то дерзость, но, увидев на столе вазу с красной водой, побледнела и схватилась за косяк.
– Что это? – указала она на вазу.
– Я вас хотел спросить. Здесь стоял букет цветов.
– В красной воде?
– В белой! То есть в нормальной, прозрачной воде из-под крана! Это ваши шуточки? Где цветы? Что вы подмешали в воду?!
– Это… моя ваза, – прошептала Дина. – Как вы посмели ставить свои цветы в мою вазу?
– То есть вы не трогали ирисы?
– Нет.
Они уставились друг на друга, не моргая, не шевелясь, не дыша.
– И не подмешивали ничего в воду?
– Нет.
– Поздравляю.
– С чем?
– С тем, что кто-то шарится в наше отсутствие по нашей… моей квартире, и даже ваша собака не в состоянии этому помешать. Как вы думаете, это кровь?
– Замолчите! – взвизгнула Дина.
Левин поднес вазу к свету, понюхал.
– Похоже, все-таки кровь, – вздохнул он.
– Замолчите…
– Скажите, вот этот скол на краю и трещина вдоль рисунка были?
– Нет! Это была абсолютно новая ваза!
– Та-ак… Дело пахнет криминалом.
– Может, вызвать милицию? – всхлипнув, спросила Дина.
На кухню приплелся Пантагрюэль. Он поднял морду, понюхал воздух и вяло махнул хвостом.
– И что мы скажем милиции? – усмехнулся Левин. – Что пропал букет ирисов, а вода в вазе стала красной?
– Мы скажем, что нас пытались поджечь! Что кто-то храпит по ночам! Что из холодильника пропадают продукты, кто-то ворует туалетную бумагу, шампуни и мыло, что…
– Слава богу, мадам, вы наконец-то поверили в то, что все это делаю не я! Не я ворую, не я храплю, не я поджигаю двери.
Собака, гремя костями, упала Дине под ноги, положила на лапы голову и закрыла глаза – заснула.
– Я звоню в милицию! – Дина бросилась к сумке, чтобы достать телефон.
– Стойте! Я не хочу выглядеть идиотом, рассказывая про привидения!
– А я не хочу находить в своем доме вазы с кровью!
Собака вскочила и зарычала на Левина.
– Фу! – крикнула Дина.
– Сволочь, я тебе имя дал! – Левин боялся пошевелиться. Что делать с вазой, он не знал. Сохранить ее вместе с водой как улику?
– Может, к старшему по подъезду обратиться? – пробормотал он.
– К этому идиоту в валенках? Чем он поможет? – Дина взяла собаку за ошейник, уложила к своим ногам и начала набирать ноль-два.
Неожиданно Левин припомнил Андрейкина.
– Стойте, не надо милиции. Я, между прочим, нанял частного детектива по нашему делу и могу позвонить ему.
– Вы?! Наняли?! Детектива?! – захохотала Дина, отбирая у него вазу. – Шарлатана, небось, какого-нибудь через газету нашли?!
– Нашел! – заорал Левин, вырывая вазу у Дины из рук. – Да, нашел! И не шарлатана, а… детектива в шестнадцатом поколении!
– В шестнадцатом поколении, да будет вам известно, только шарлатаны и бывают! – дергая на себя вазу, прошипела Дина. Красная вода, не выдерживая яростной борьбы, выплескивалась наружу, попадая на пол, на одежду, на стены. – И потом, по какому такому «нашему» делу вы его наняли?! У нас с вами нет никаких общих дел, запомните! – Они выпустили вазу одновременно, она с грохотом упала на пол и развалилась на два стеклянных куска. Красная вода медленно растекалась по полу.