– И что же ты ему ответил?

– Тех, что лучше держатся на плаву…

– Звучит логично!

– Логично? – возмутился тот. – Это прозвучало так смешно, что Бруно Сёднигусто захохотал, начал хлопать себя по бокам, беспрестанно повторяя: «Тех, что лучше держатся на плаву… держатся на плаву! Хорошо сказано, мой лейтенант». А этот черт Сёднигусто смеялся так заразительно, что тут и галисиец, а за ним я и даже старик Тенаро, которому, казалось, было не понять причины подобного веселья, мы все залились смехом, будто и впрямь сошли с ума. Да прибавь сюда такое необъяснимое явление: поминутно кто-нибудь из спящих со звуком, напоминавшим раскат грома, пускал кишечные газы.

– Немного уважения, я же ем… – запротестовал прелат.

– Будто это имеет для тебя какое-то значение! – Хозяин дома замолчал, с видимым удовольствием припоминая события той далекой ночи, а затем поцокал языком, будто недоумевая, как могло так случиться, что он оказался главным героем столь абсурдной сцены. И под конец, сдерживая смех, добавил: – Когда мы готовили бурдюки с водой, Гарса меня предупредила, что, если мы воспользуемся тем самым «молоком из табаибы», которым обычно усыпляют рыбу, тот, кто попьет, немедленно заснет, однако ненадолго. Тем не менее, если добавить к нему – как, по ее уверениям, советовала ее бабка – смесь сока некоторых кактусов, растущих на скалах, сон наступит намного позже, зато будет более глубоким. Единственная проблема – мышцы при этом расслабляются до такой степени, что спящие не могут себя контролировать и, бывает, даже ходят под себя.

– Ради бога! Ты лишаешь меня аппетита.

– Неудивительно, ведь ты взял уже вторую добавку.

– И что было потом?

– Потом появилась Гарса и попыталась выяснить, что на нас нашло, а когда Бруно пересказал ей мои слова о деревьях, которые лучше держатся на плаву, она заметила, словно речь шла о чем-то широко известном: «Лучше всего плавают те, что в море».

– «Те, что в море»? – в крайнем изумлении переспросил монсеньор Касорла. – Что она хотела этим сказать? На этом злополучном острове все, что ли, сумасшедшие? В море же нет деревьев.

– Есть… – вмешалась старая кухарка; она как раз в этот момент вошла в столовую с блюдом фруктов и успела услышать последнюю фразу. – И обычно здоровущие.

– Файна хочет сказать, что к берегам архипелага часто прибивает огромные деревья, которые так и остаются лежать на пляже. Понятно, что они отлично плавают, раз им удалось пересечь океан.

– Понятно.

– Три дня спустя Гарса привела нас в западную бухту, где было десятка два деревьев, сухих и потрескавшихся от солнца, и уверяю тебя, что по большей части я таких в жизни не видел. Тогда я решил, что, возможно, они попали сюда с севера Европы, но сейчас уверен, что течения принесли их с другой стороны Атлантики.

– Из Вест-Индии?..

Ответом был утвердительный кивок, на что Алехандро Касорла возразил:

– Но ведь Вест-Индия находится очень далеко!

– Верно, но верно и то, что это лесные края, деревья растут там испокон веков, и, когда какое-то из них падает в реку, она несет его в море. Моряки утверждают, что самый верный способ добраться до Западных Индий – следовать ветрам и течениям, которые направляются на юго-запад, а вот возвращаться быстрее, держа курс на северо-восток. Это навело меня на мысль о том, что течения, вероятно, очерчивают большой круг, а острова как раз лежат у них на пути. Хотя, признаюсь, я не слишком разбираюсь в морских делах.

– Возможно, и не разбираешься, но, как я подозреваю, слишком много времени проводишь в размышлениях.

– А это плохо?

– Трудный вопрос, дорогой друг! Трудный вопрос, на который я предпочитаю не отвечать.

С первыми лучами солнца солдаты начали просыпаться. Вид у них был такой, словно они очутились на другом свете: они удивленно озирались по сторонам, не понимая, что происходит, поскольку сок, подмешанный в воду, все еще продолжал оказывать наркотическое действие.

Они переглядывались, не узнавая друг друга, и, понаблюдав за ними какое-то время, Бруно Сёднигусто не смог удержаться от едкого замечания:

– Боюсь, вам предстоит командовать отрядом придурков, мой лейтенант.

– Что до придурков, мне и тебя хватает, – язвительно ответил тот. – Гарса обещала, что через пару часов они станут прежними.

– Жаль! Мне они больше нравятся такими, особенно эта свинья сержант Молина, который, как я погляжу, наложил в штаны.

– Теперь вы с Амансио сержанты, а значит, постарайтесь их расшевелить, потому что в таком состоянии от них мало проку. Туземцы обнаружили капитана в одной из пещер у восточных утесов, и мне бы хотелось, чтобы он немедленно покинул остров.

– А сержант Наварро?

– Предполагается, что он составит ему компанию, но я не уверен.

– Думаете, капитан окажет сопротивление?

Антекерец пожал плечами, показывая, что не представляет себе, какой будет реакция человека, который до минувшей ночи был его начальником.

– Полагаюсь на его здравый смысл, – сказал он. – Как только святой отец придет в себя, я пошлю его к капитану передать, что не собираюсь его казнить.

– Осмелюсь заметить, мой лейтенант, что заставить его убраться с острова на этой хлипкой шлюпке равносильно казни, – уверенно заявил саморец. – У меня до сих пор все внутри переворачивается, как только подумаю о беднягах, безуспешно боровшихся с проклятым океаном.